Перитон — существо, придуманное в двадцатом веке

Гибрид оленя и хищной птицы, отбрасывающий человеческую тень до тех пор, пока не убьёт настоящего человека, — перитон звучит как классический персонаж средневекового бестиария. На деле у него есть точная дата рождения и вполне конкретный автор, что делает его историю интереснее, чем историю большинства подлинных мифических существ.

Изобретение, а не пересказ

Перитона придумал аргентинский писатель Хорхе Луис Борхес в соавторстве с Маргаритой Герреро для книги о вымышленных существах. Первое издание вышло в тысяча девятьсот пятьдесят седьмом году под названием «Справочник фантастической зоологии» и включало восемьдесят две статьи; расширенная версия тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года, уже под нынешним заглавием «Книга вымышленных существ», добавила тридцать четыре новых существа, доведя список до ста шестнадцати. Английский перевод тысяча девятьсот шестьдесят девятого года, выполненный при участии самого автора, включил ещё четыре статьи.

Перитон не встречается ни в греческой, ни в римской, ни в средневековой литературе. Ни само слово, ни описываемое им существо не зафиксированы нигде до Борхеса — это полностью авторское изобретение двадцатого века. Борхес использовал классический для себя литературный приём — мистификацию, представляя выдуманное существо так, будто пересказывает содержание какой-то давней, едва ли не утраченной рукописи. Переводчик его текстов на английский Эндрю Хёрли писал о методе Борхеса в целом: разграничить, где кончается подлинная эрудиция автора и начинается его собственный вымысел, зачастую попросту невозможно — настолько убедительно Борхес умел мистифицировать читателя.

Что описывает сам Борхес

По тексту книги, перитон соединяет голову, шею, передние ноги и рога оленя с оперением, крыльями и задней частью крупной птицы. Жили эти существа, по версии Борхеса, в Атлантиде; когда легендарную цивилизацию разрушило землетрясение, перитоны спаслись бегством по воздуху.

Самая выразительная деталь борхесовского описания — тень. Пока перитон не убьёт человека, он отбрасывает не тень крылатого оленя, а тень человека: «тень зверя, вместо тени крылатого оленя, казалась тенью человека», — пишет Борхес в испанском оригинале. Как только перитону удаётся убить человека, существо наконец обретает собственную, звериную тень — деталь, придающая изобретённому Борхесом существу трагическую, почти философскую подоплёку: словно нечто человеческое покидает жертву лишь для того, чтобы принадлежать её убийце.

В том же тексте Борхес упоминает и пророчество: Эритрейская сивилла будто бы предрекла, что Рим будет разрушен перитонами. Эту подробность затем повторяют позднейшие компилятивные бестиарии — в частности, американский исследователь мифических существ Джозеф Нигг в своей книге о драконах и других легендарных животных, — ещё один пример того, как придуманная деталь переходит из книги в книгу, обрастая авторитетом мнимой древности.

Как вымысел стал частью массовой культуры

Известностью в современной поп-культуре перитон целиком обязан книге Борхеса, а не какой-либо более ранней традиции, которой попросту не было. Существо вошло в бестиарии настольной ролевой игры «Подземелья и драконы» и появилось в романе «Тёмный колодец» тысяча девятьсот восемьдесят девятого года из цикла о Лунных островах. Американская писательница Дайана Дуэйн использовала вариацию перитона в своём романе тысяча девятьсот восемьдесят третьего года «Так вы хотите стать волшебником» и позже, в эссе о собственном творчестве, прямо признала: образ заимствован именно у Борхеса. Перитон появляется и в других современных фэнтезийных произведениях — от романов Сианн Макгуайр до серии книг Брэндона Малла.

Есть и курьёзный пример того, насколько прочно имя перитона закрепилось как символ иллюзии и мистификации. Радиоастрономы в две тысячи десятые годы назвали этим термином класс ложных сигналов, похожих на настоящие быстрые радиовсплески из космоса; позже выяснилось, что источником помех была самая обычная микроволновая печь в здании обсерватории, которую открывали раньше положенного времени. Само название выбрали намеренно — как отсылку к придуманному Борхесом существу, чья главная черта — быть не тем, чем кажется.

Не спутать с геральдическим крылатым оленем

Отдельно стоит развести перитона с похожим по виду, но совершенно иным по происхождению образом — крылатым оленем европейской геральдики. Такой образ действительно использовался в символике французского короля Карла Шестого и на боевых знамёнах герцогов Бурбонских в позднем Средневековье. Это никак не связано с Борхесом и не было источником его выдумки — простое визуальное совпадение мотива «крылатый олень», которое иногда ошибочно принимают за исторический прообраз перитона. На деле никакого прообраза не существовало: Борхес не адаптировал забытую легенду, а создал существо с нуля, вложив в него собственную, вполне оригинальную идею о тени, которая меняется вместе с совершённым злом.

Зачем Борхесу понадобилась мистификация

Стоит спросить, почему писатель, известный своей огромной начитанностью, предпочёл выдумать существо, а не найти подходящий образ в реальных средневековых бестиариях, — благо материала для этого у него было в избытке. Ответ, судя по всему, кроется в самом складе борхесовского творчества: его как писателя куда больше занимала сама идея вымышленной эрудиции, литературы как лабиринта источников, где подлинное неотличимо от придуманного. «Книга вымышленных существ» в этом смысле не просто собрание пересказанных легенд, а продолжение того же приёма, что и в знаменитых борхесовских рассказах о несуществующих книгах и авторах, — только здесь мистификация облечена в форму энциклопедической статьи о звере, а не философского эссе.

Именно поэтому перитон получился настолько убедительным: он написан ровно тем же спокойным, авторитетным тоном, каким Борхес описывает и вполне реальных существ вроде василиска или химеры, заимствованных из подлинных древних источников. Читателю, не сверяющемуся с античными и средневековыми текстами, крайне сложно на слух отличить подлинную легенду от авторской выдумки — и в этом, похоже, и заключался весь замысел.

Итог

История перитона — редкий случай, когда можно с уверенностью сказать: перед нами не искажённое временем древнее предание, а сознательный литературный вымысел с точной датой публикации и известным автором. При этом откровенная авторская природа не помешала существу зажить собственной жизнью в культуре двадцатого и двадцать первого веков — доказательство того, что удачно придуманный образ способен убедить читателя в своей древности куда лучше, чем иной подлинный, но плохо рассказанный миф.