Рунические талисманы и амулеты: история

Идея носить на теле знак, который принесёт удачу или защитит от беды, гораздо старше самих рун — но конкретно рунические амулеты прошли долгий путь от золотых подвесок эпохи Великого переселения народов до магазинных сувениров наших дней. У каждого этапа этого пути своя история, свои материалы и свои авторы.

Брактеаты: золото, унаследованное у Рима

Первые по-настоящему массовые рунические амулеты — брактеаты, тонкие односторонние золотые подвески, которые изготавливали в Скандинавии и на юге Балтики в пятом-шестом веках нашей эры. Сегодня их известно более тысячи, и значительная часть несёт на себе рунические надписи — правда, точное число расходится у разных исследователей: одни насчитывают около ста семидесяти таких находок, другие — сто тридцать пять; оценки зависят от того, какие надписи считать читаемыми.

Сама форма брактеата — прямое заимствование: многие из них подражают позднеримским золотым медальонам с профилем императора, только вместо императора на германских подвесках появляется фигура, которую исследователи обычно связывают с Одином. Основополагающий каталог этих находок — многотомное издание «Золотые брактеаты эпохи переселения народов», над которым с тысяча девятьсот шестидесятых годов работала команда учёных во главе с немецким археологом Карлом Хауком; итоговое издание вышло в тысяча девятьсот восьмидесятые годы.

Самая частая надпись на брактеатах — уже знакомое по другим находкам слово «алу», магическая формула с неясным до конца значением. Рядом с ней встречается слово «лаукар» — «лук-порей»: растение ценили за его сохраняющие и целебные свойства, и его упоминание рядом с формулой удачи, видимо, связано с пожеланием здоровья и плодородия. На отдельных брактеатах встречается и прямая формула «гибу ауйя» — «я дарю удачу».

Среди конкретных находок стоит выделить брактеат из шведского города Вадстена, обнаруженный в тысяча семьсот семьдесят четвёртом году: на нём вырезан полный ряд рун старшего футарка, разбитый на три группы по восемь знаков, а перед ним стоит загадочная надпись «тува тува» неясного значения. Это один из древнейших известных полных перечней рунического алфавита; сам предмет, к сожалению, был похищен из шведского музея национальных древностей в тысяча девятьсот тридцать восьмом году и с тех пор не найден. Похожий полный ряд рун несёт на себе и брактеат из местности Грумпан в Вестергётланде, найденный в тысяча девятьсот одиннадцатом году вместе с золотыми кольцами и бусинами, — один из ранних примеров деления футарка на три группы по восемь рун. А брактеат с острова Тьюрко донёс до нас редкую формулу авторства: мастер по имени Хельдаз, судя по надписи, изготовил эту вещь и вырезал руны для человека по имени Кунимундаз — то есть перед нами подпись древнего ювелира-рунического мастера.

Гальдрастафы: исландская магия совсем другой эпохи

Отдельная и куда более поздняя традиция магических знаков сложилась в Исландии — гальдрастафы. Здесь важно сразу разграничить понятия: гальдрастафы графически не являются рунами старшего или младшего футарка. Это самостоятельная система символов, зафиксированная в рукописных гримуарах шестнадцатого-девятнадцатого веков, и на её формирование повлияли не столько скандинавские традиции, сколько континентальные оккультные трактаты позднего Средневековья.

Главный источник этой традиции — рукопись «Гальдрабок», составление которой началось в конце шестнадцатого века и продолжалось до середины семнадцатого; над ней работали четверо переписчиков, трое исландцев и один датчанин. Рукопись содержит сорок семь заклинаний и знаков; сегодня она хранится в Швеции, в государственном архиве по охране памятников, куда попала ещё в тысяча шестьсот восемьдесят втором году. Наиболее известный английский перевод и комментарий к ней подготовил в тысяча девятьсот восемьдесят девятом году американский исследователь Стивен Флауэрс.

Самый узнаваемый сегодня гальдрастав — вегвисир, «указатель пути», который в массовой культуре часто ошибочно называют «компасом викингов». На деле его первое и единственное документированное появление относится к рукописи «Хульд», составленной исландцем Гейром Вигфуссоном в тысяча восемьсот шестидесятом году: никаких более ранних свидетельств этого знака не существует, и уж тем более он не имеет отношения к эпохе викингов, отделённой от рукописи почти тысячей лет. Похожая история — с эгисхьяльмуром, «шлемом ужаса»: само понятие встречается ещё в древних эддических текстах и в «Саге о Вёльсунгах», где оно описано как физический предмет, вроде шлема, а не как графический символ. Графический знак с расходящимися лучами впервые фиксируется в исландских гримуарах: ранние варианты есть уже в «Гальдрабок», а привычная сегодня форма — в сборнике около тысяча шестьсот семидесятого года.

Молоточки Тора — амулет без рун

Ещё один известный тип скандинавского амулета эпохи викингов почти никогда не был руническим — молоточек Тора, миниатюрное изображение Мьёльнира, оружия бога-громовержца, которое носили как подвеску. Всего в Северной Европе найдено около тысячи таких подвесок, и лишь одна из них, обнаруженная в датской деревне Кёбелев и датируемая десятым веком, несёт руническую надпись — короткую формулу «это молот», вырезанную не слишком умелой рукой. Все остальные молоточки Тора — чисто изобразительные амулеты без единого письменного знака.

Историки нередко связывают распространение таких подвесок в десятом-одиннадцатом веках с эпохой христианизации Скандинавии: находки литейных форм, где по соседству отливали и молоточки, и христианские кресты, свидетельствуют скорее о двоеверии, о сосуществовании двух символов в одном обществе, чем о прямом противостоянии. При этом норвежский археолог Сигурд Григ в своё время показал, что находки молоточков в ряде случаев древнее находок крестов в тех же слоях, — а значит, называть подвеску прямым «языческим ответом» на распространение христианства можно лишь с оговоркой, а не как безусловный факт.

Настоящая защитная надпись: амулет из Квиннебю

Куда более выразительный пример подлинной, недвусмысленно защитной рунической магии — медная пластина, найденная в середине тысяча девятьсот пятидесятых годов в шведской деревне Сёдра-Квиннебю на острове Эланд и датируемая одиннадцатым веком. На пластине размером примерно пять на пять сантиметров вырезано более ста сорока рун — по объёму это один из самых длинных рунических магических текстов, дошедших до нас. Согласно принятому переводу, надпись гласит примерно следующее: «Здесь вырезаю я защиту для тебя… Пусть молния удержит всё зло от тебя. Пусть Тор защитит тебя тем молотом, что пришёл из моря. Беги, зло, ты ничего не получишь». Это редкий случай, когда защитная функция амулета выражена не единственным загадочным словом вроде «алу», а развёрнутой, вполне понятной сегодняшнему читателю формулой.

Современный рынок амулетов: как это стало товаром

Настоящий поворот к рунам как коммерческому товару случился в тысяча девятьсот восемьдесят втором году, когда американец Ральф Блюм издал «Книгу рун». Важная деталь: книга продавалась не просто как текст, а вместе с небольшим мешочком и набором круглых плиток со штампованными на них рунами — именно этот комплект и сделал руны популярным инструментом гадания для массового западного покупателя. Блюм пошёл ещё дальше и добавил в свою систему двадцать пятую, «пустую» руну — символ, которого нет ни в одном историческом футарке, ни в эддах, ни в сагах. По его собственным словам, идею подсказал самодельный набор рун, купленный им в Англии в семидесятые годы; он трактовал пустую руну как символ непознаваемого и божественного. Позднейшие рунологи и историки критиковали Блюма именно за это добавление — но сам он не скрывал, что подходит к теме не как исследователь, а как автор нового духовного упражнения.

После Блюма жанр коммерческих рунических систем оформился в целую книжную индустрию: свои версии выпустили Эдред Торссон с тысяча девятьсот восемьдесят четвёртого года, Стефан Гранди в тысяча девятьсот девяностом, Найджел Пенник в тысяча девятьсот девяносто пятом, Кеннет Медоуз в том же году, Томас Карлссон в две тысячи втором. Показательно наблюдение современного рунолога и одновременно практикующего эзотерика Стивена Флауэрса, писавшего под псевдонимом Эдред Торссон: если ввести слово «руны» в поисковик книжного магазина, на первых страницах результатов будут почти исключительно гадательные наборы и книги о толковании, а серьёзные академические издания рунологов окажутся оттеснены на задний план — обычному читателю почти невозможно найти вводную литературу, не окрашенную эзотерикой двадцатого века.

Ещё одна линия у истоков нацизма

У истоков современной рунической эзотерики стоит фигура, о которой нужно сказать отдельно и прямо. Австрийский оккультист Гвидо фон Лист, чья книга «Тайна рун» тысяча девятьсот восьмого года заложила основу всей позднейшей рунической магии, называл своё учение «арманизмом» — по имени вымышленной жреческой касты древнего «арио-германского» народа, и находился под сильным влиянием как теософии, так и идей германского национализма своей эпохи. В том же тысяча девятьсот восьмом году в Вене было основано общество его имени, объединившее фёлькиш-националистов, оккультистов и теософов. Учение Листа позднее оказало влияние на националистические и оккультные круги, из которых выросла символика нацистской Германии, — это исторический факт, который стоит знать, покупая амулет с рунической символикой, а не повод для того, чтобы отказываться от интереса к самой рунической письменности как таковой.

Итог

История рунических амулетов распадается на три разных периода, которые легко перепутать между собой: подлинные золотые брактеаты эпохи переселения народов с магическими формулами вроде «алу»; куда более поздняя, постсредневековая исландская традиция гальдрастафов, не имеющая отношения к футарку; и, наконец, коммерческая индустрия двадцатого-двадцать первого веков, восходящая к Гвидо фон Листу и получившая массовый размах благодаря Ральфу Блюму. Каждый из этих слоёв по-своему интересен — но путать их между собой значит терять из виду подлинную, куда более сложную и содержательную историю.