Полтергейст — что установила наука

Джанет Ходжсон, одна из главных фигуранток самого знаменитого британского случая полтергейста, попала на видеозапись сгибающей ложки и стучащей по потолку ручкой швабры, имитируя удары невидимого духа. Это не доказывает, что все её рассказы о летающей мебели были выдумкой от начала до конца, — но показывает, насколько осторожно нужно подходить к делам, где очевидцами и одновременно главными «источниками» активности оказываются одни и те же люди. История изучения полтергейстов — это в равной мере история попыток зафиксировать необъяснимое и история методичного разоблачения того, что объясняется вполне обычными средствами.

Шумный дух и его первое письменное появление

Немецкое слово «полтергейст» соединяет «полтерн» — шуметь, грохотать — и «гайст» — дух. Первая известная письменная фиксация термина относится к 1540 году: его использовал немецкий гуманист и лютеранский реформатор Эразм Альбер в своём словаре нового типа. Современник и единомышленник Альбера, Мартин Лютер, примерно десятилетием раньше в своих застольных беседах, позже изданных учениками, описывал шумные явления, которые приписывал проискам дьявола, — но приписывать ему изобретение самого слова, как иногда делают в популярных пересказах, было бы преувеличением: скорее он пользовался уже существовавшим у современников понятием, чем создавал новое.

В английский язык слово попало значительно позже, закрепившись в книге писательницы Кэтрин Кроу «Ночная сторона природы», изданной в 1848 году, где полтергейст впервые чётко отделяется от прочих типов призраков и духов. К этому моменту явление уже было достаточно устоявшимся культурным понятием, чтобы требовать отдельного названия в новом для себя языке.

Общество, поставившее вопрос научно

Систематическое изучение подобных явлений в англоязычном мире началось с основания Общества психических исследований в Лондоне в 1882 году. Первым президентом общества стал Генри Сиджвик, профессор нравственной философии Кембриджского университета, а среди учредителей были физик Уильям Флетчер Барретт и исследователь Фредерик Майерс, впоследствии предложивший сам термин «телепатия». Одним из шести первоначальных направлений работы общества значились именно явления домов с привидениями — то есть исследование подобных случаев с самого начала задумывалось не как безоговорочное подтверждение сверхъестественного, а как беспристрастная проверка заявленных феноменов.

Британские исследователи Алан Гоулд и Энтони Корнелл в монографии, посвящённой полтергейстам и вышедшей в 1979 году, систематизировали случаи с шестнадцатого века по всему миру и их книга заслужила репутацию наиболее академически строгого труда по теме в англоязычной литературе. Показательно, что рецензенты отмечали: авторы сознательно оставляют читателя в состоянии неопределённости относительно объяснений, отказываясь как от поспешного признания паранормальной природы явлений, так и от огульного обвинения всех очевидцев в обмане.

Самое известное дело и его разоблачение изнутри

Дело о полтергейсте в лондонском районе Энфилд, разворачивавшееся в 1977–1979 годах в семье Ходжсон, стало, пожалуй, самым известным случаем такого рода в новейшей истории. Расследователи от Общества психических исследований Морис Гросс и Гай Лайон Плейфер в целом склонялись к тому, что часть явлений подлинна, хотя признавали отдельные эпизоды обмана со стороны девочек-подростков, живших в доме. Плейфер впоследствии изложил свою версию в книге «Этот дом населён призраком», занимая скорее сторону защитников подлинности, чем скептиков.

Самое же интересное сказала спустя годы сама Джанет. Подделки были, признала она, — «раз или два, просто чтобы проверить, поймают ли нас Гросс и Плейфер. Они всегда ловили». Доля подстроенного, по её оценке, составляла около двух процентов; в остальном она и сегодня настаивает на подлинности происходившего. Объясняла она это так: бывали дни, когда ничего не случалось, и тогда возникало чувство, будто подвела ожидающих.

Из этого признания часто делают два противоположных вывода, и оба поспешны. Сказать «девочки сознались, значит, всё было обманом» — значит приписать Джанет то, чего она не говорила. Сказать «всего два процента, значит, остальное настоящее» — значит забыть, что проверить эти остальные девяносто восемь нечем, кроме слов участников. Есть и деталь, неудобная для исследователей: когда сёстры признались в розыгрышах журналистам, Гросс и Плейфер добились, чтобы признания отозвали.

Куда более критичную позицию заняла другая исследовательница того же общества, Анита Грегори, лично посещавшая дом в разгар описываемых событий. В своей диссертации она напрямую охарактеризовала ряд эпизодов как подозрительные и предположила, что девочки разыгрывали часть инцидентов перед падкими на сенсации журналистами, назвав общий уровень внимания к делу завышенным. Американский исследователь-скептик Джо Николл, профессионально разбирающийся в механике фокусов, в статье для журнала «Скептический опросчик» пришёл к выводу, что зафиксированные явления лучше всего объясняются детскими розыгрышами, отметив характерную деталь: «активность» неизменно происходила именно тогда, когда за детьми никто не наблюдал напрямую.

Психокинез как гипотеза, а не доказанный механизм

Отдельного упоминания заслуживает подход американского исследователя Уильяма Ролла, изучавшего случаи полтергейста с середины двадцатого века и предложившего для них термин «рекуррентный спонтанный психокинез». Согласно этой гипотезе, источником шумных явлений выступает не бесплотный дух, а сам живой человек — чаще всего ребёнок или подросток, переживающий сильное эмоциональное напряжение, — способный неосознанно воздействовать на окружающие предметы силой психики. Важно понимать статус этой идеи предельно точно: перед нами не подтверждённое научное объяснение, а парапсихологическая гипотеза, исторически значимая тем, что впервые системно связала подобные сообщения с психологией живых свидетелей, а не с духами умерших, но никогда не воспроизведённая в контролируемых условиях как реальный физический эффект.

Более осторожная и куда менее экзотическая версия того же наблюдения выглядит так: когда явления полтергейста группируются вокруг конкретного человека, чаще подростка, разумнее искать объяснение не в необъяснимой психической силе, а в сочетании семейного напряжения, потребности во внимании и готовности приукрасить или вовсе выдумать часть событий — механизм вполне земной, социально-психологический, не требующий допущения о телекинезе.

Что могут скрывать сами стены дома

Помимо человеческого фактора, современная наука рассматривает и вполне материальные причины ощущений, которые люди интерпретируют как присутствие духа. Британский инженер Вик Тэнди в статье, опубликованной в журнале Общества психических исследований в 1998 году, описал собственный опыт работы в лаборатории, где сотрудники сообщали о смутном чувстве чьего-то присутствия. Тэнди обнаружил источник этого ощущения в стоячей инфразвуковой волне частотой около девятнадцати герц, создаваемой недавно установленным вытяжным вентилятором, — звуковые колебания такой частоты человеческое ухо не воспринимает как звук, но они способны вызывать вибрацию глазного яблока и связанные с этим зрительные искажения, а также общее чувство тревоги.

Более обширный научный обзор, опубликованный в 2020 году в рецензируемом журнале «Фронтиры в психологии», проанализировал шестьдесят шесть исследований физических факторов, потенциально связанных с сообщениями о «домах с привидениями»: освещение, температуру, влажность, электромагнитные поля, инфразвук, наличие плесени и угарного газа. Авторы пришли к осторожному, но показательному выводу: ни один отдельно взятый средовой фактор не объясняет подобные переживания последовательно и во всех случаях, а убедительная модель явления, судя по всему, требует учитывать сразу несколько факторов одновременно — физическую среду помещения, психологию конкретных людей и культурные ожидания, с которыми они входят в комнату, уже наслышанные о её дурной репутации.

Явление, которое существует на границе двух наук

История изучения полтергейстов интересна не столько тем, доказали ли учёные существование духов, — этого не произошло ни разу за полтора века систематических исследований, — сколько тем, как менялся сам вопрос, который задавали исследователи. От спиритуалистов девятнадцатого века, искавших подтверждение потустороннего мира, наука постепенно перешла к куда более скромной, но и куда более плодотворной задаче: понять, почему человеческий разум так охотно интерпретирует скрип половиц, гул вентиляции и подростковую потребность во внимании как присутствие невидимого существа. Ответ на этот второй вопрос оказался куда интереснее и куда лучше подтверждён фактами, чем любая версия о духах, стучащих в стены ради собственного удовольствия.