Мистика кошек — от египетской богини до чёрной кошки

Кошку то возводили в ранг богини, то объявляли пособницей нечистой силы — и обе крайности плохо выдерживают проверку источниками. Знаменитая папская булла тринадцатого века, которую принято обвинять в истреблении европейских кошек, на самом деле ни словом не упоминает реальных животных, а миф о мурлыканье, лечащем кости, держится на случайном совпадении цифр. Разобраться в подлинной истории кошки в культуре человека куда интереснее, чем повторять растиражированные легенды.

От охотника на мышей до образа богини

В Древнем Египте кошка прошла путь от полезного домашнего охотника до почитаемого священного образа. Богиня Бастет, которую изображали в виде кошки или женщины с кошачьей головой, поначалу воспринималась куда суровее — её образ сближался с львиноголовой богиней войны и болезней Сехмет, и лишь со временем смягчился до покровительницы домашнего очага. Расцвет её культа связан с городом Бубастис в дельте Нила, ставшим в первом тысячелетии до нашей эры столицей страны. Надёжно подтверждено масштабное почитание кошек: в некрополях того времени найдены десятки тысяч кошачьих мумий — это не позднейшая легенда, а археологический факт.

Другие детали культа стоит передавать с осторожностью. Греческий историк Геродот писал, что на праздник в Бубастисе съезжались сотни тысяч паломников, — однако современные исследователи считают эту цифру характерным для античных авторов преувеличением, и опираться на неё как на точный факт не стоит. То же касается и рассказов о суровом наказании за убийство кошки: по свидетельству античных авторов, толпа расправлялась с обидчиком, но эти свидетельства — взгляд греческих и римских наблюдателей со стороны, а не точная запись писаного египетского закона, поэтому подавать их правильнее с оговоркой «по античным свидетельствам», а не как доказанный факт судебной практики.

Кот, которого демонизировали в Средневековье

Один из самых живучих мифов о кошках связан с папской буллой тысяча двести тридцать третьего года — документом под названием «Глас в Раме», изданным папой Григорием Девятым. Здесь необходима предельная точность: булла была реакцией на донос немецкого инквизитора о некоем тайном культе еретиков и описывала вымышленные, по мнению современных историков, обряды посвящения — в том числе оживающую статую чёрного кота, которую полагалось целовать в знак верности культу. При внимательном чтении документа обнаруживается важная деталь: булла нигде не утверждает, что все кошки — воплощение зла, и не содержит никакого распоряжения об истреблении кошек как вида. Речь в ней идёт о вымышленном ритуальном образе внутри описания ереси, а не о реальных животных.

Папская булла тысяча двести тридцать третьего года описывает кота как символ в вымышленном обряде еретиков, но нигде не приказывает уничтожать настоящих кошек, — миф о массовом истреблении кошек и последовавшей из-за этого вспышке чумы не подтверждается ни текстом документа, ни хронологией: чума пришла в Европу более чем через сто лет после буллы.

Популярная версия о том, что вызванное буллой истребление кошек привело к размножению крыс и вспышке чумы, не выдерживает простой проверки датами: эпидемия Чёрной смерти обрушилась на Европу лишь спустя более чем столетие после издания документа, и никаких архивных свидетельств о папских распоряжениях истреблять кошек в этот промежуток не существует. Эта версия — сравнительно недавний интернет-миф, а вовсе не устоявшийся исторический факт.

Чёрная кошка — одна и та же удача, поделённая пополам

Ни одно животное так наглядно не показывает, насколько по-разному культуры могут читать один и тот же образ, как чёрная кошка. В Британии моряки и их семьи издавна считали чёрную кошку знаком удачи и защиты для корабля, а в Шотландии её появление у дома сулило достаток. В Японии отношение к кошке тоже в целом благожелательное, хотя и не однозначное: в фольклоре наряду с добрым образом существуют и амбивалентные кошки-оборотни. А вот в континентальной Европе и в России сложилось прямо противоположное представление — чёрная кошка, перебежавшая дорогу, традиционно считается предвестием неудачи. Происхождение этого поверья связывают со средневековыми представлениями о ведьмах, будто бы способных превращаться в чёрных кошек по ночам. Есть у этой приметы и вполне земное, бытовое объяснение: чёрная кошка ночью на тёмной дороге незаметна и могла напугать лошадь, и та могла понести, — правдоподобная версия, хотя и не доказанная документально.

Кошка, которая подозвала лапой удачу

Японская фигурка манэки-нэко — кошка с поднятой лапой, зазывающая удачу, — появилась в конце эпохи Эдо: первые достоверные упоминания относятся к тысяча восемьсот пятьдесят второму году, когда фигурки продавали у храма Сэнсо-дзи в токийском районе Асакуса, что запечатлено на гравюре Утагавы Хиросигэ. Происхождение же фигурки объясняют несколько преданий, самое известное — о храме Готокудзи. По этому преданию, в эпоху Эдо бедный храм приютил кота; проезжавший мимо знатный правитель укрылся от непогоды под ближайшим деревом, и кот у ворот подозвал его лапой зайти внутрь. Едва правитель отошёл от дерева, в него ударила молния — кот тем самым спас ему жизнь, а благодарный покровитель обеспечил храму процветание. Здесь необходима оговорка: это именно легенда с плавающими деталями — в разных пересказах фигурируют то гроза, то просто дождь, — и существует по меньшей мере ещё одна, независимая история о происхождении манэки-нэко, связанная уже с другим районом Токио и другим веком. Иными словами, у этого популярного символа нет единого документированного происхождения — есть несколько конкурирующих преданий, и относиться к ним стоит именно как к легендам, а не как к историческому факту.

Что наука знает о мурлыканье — и чего не знает

Отдельного разговора заслуживает распространённое утверждение, будто кошачье мурлыканье способно лечить кости. Здесь важно разделить твёрдо установленное и недоказанное. Точно измеренный и подтверждённый факт: частота мурлыканья кошки лежит в диапазоне примерно от двадцати пяти до ста пятидесяти герц. Также хорошо обосновано предположение, что мурлыканье служит кошке механизмом самоуспокоения: кошки мурлычут не только от удовольствия, но и в состоянии стресса, боли и даже при родах, — это, по всей видимости, способ снизить собственную тревожность.

А вот утверждение о лечебном эффекте мурлыканья для человека остаётся именно недоказанным предположением. Основа мифа — случайное совпадение: часть диапазона мурлыканья действительно пересекается с частотами, которые в ортопедии используют для стимуляции восстановления костной ткани. Но совпадение чисел — не то же самое, что доказанный лечебный эффект: строгих исследований, которые подтверждали бы, что именно мурлыканье домашней кошки способствует заживлению переломов у человека, не существует. Разумно относиться к этой идее как к красивому, но недоказанному предположению, а не как к установленному факту.

Что стоит за самыми привычными приметами

У Даля в разделе о суевериях сохранился целый ряд примет про кошку, и полезно для начала разобраться в бытовой причине самого поведения, а уже потом — в примете вокруг него. «Кошка моется — гостей замывает», — записал Даль, и здесь стоит напомнить: умывание для кошки в первую очередь означает заботу о шерсти — удаление постороннего запаха, помощь в терморегуляции через испарение слюны, стимуляцию кровообращения кожи. Похожая логика работает и в примете о кошке, которая ложится на больное место хозяина: реальная, бытовая причина в том, что воспалённый участок тела действительно чуть теплее, а кошка попросту тянется к теплу, — это не диагностика и не лечение, а обычная кошачья физиология.

Другие приметы у Даля звучат так: «Кошка на человека тянется — к обнове», «При переходе в новый дом наперёд пускают ночевать кошку и петуха». Последняя примета перекликается с более широким мотивом славянской традиции, по которому кошку, впускаемую в новый дом первой, связывали с переселением домашнего покровителя вслед за ней. Стоит отдельно подчеркнуть: если кошка вдруг начинает прятаться, отказывается от еды или резко меняет привычное поведение, объяснять это приметой не нужно и небезопасно — это повод показать её ветеринару, поскольку за такими переменами может стоять стресс, боль или начало болезни.