Колесо Судьбы: от римской Фортуны до карты Таро

«Даже тогда он не боялся колеса Фортуны», — писал Цицерон в речи «Против Пизона» о человеке, беззаботно танцевавшем на пиру, — и это самое раннее известное упоминание колеса как атрибута богини удачи в римской литературе. Спустя века тот же образ перекочует со страниц философского трактата в средневековую книжную миниатюру, а оттуда — на карту Таро.

Богиня с колесом в античности

В римской религии Фортуна была связана с несколькими атрибутами — рогом изобилия, рулевым веслом, шаром, — но именно колесо стало самым устойчивым её символом в литературе. После Цицерона тот же образ повторяют Тибулл, Проперций и Овидий, а позже Сенека и другие латинские авторы — колесо Фортуны настолько прочно закрепилось в риторике, что Тацит в «Диалоге об ораторах» прямо называет его затёртым литературным штампом. Смысл образа не менялся веками: Фортуна слепа и переменчива, она поднимает и опускает людей без разбора и без всякой заслуги с их стороны, а потому доверять успеху неразумно — колесо непременно повернётся.

Боэций и рождение средневекового образа

Решающий шаг в судьбе этого образа сделал Боэций в трактате «Утешение философией», написанном в тюрьме незадолго до казни в начале шестого века. Во второй книге трактата Фортуна является автору лично и объясняет, что переменчивость — это её природа, а не порок: если бы колесо остановилось, она перестала бы быть Фортуной. Именно этот текст на многие века определил средневековое восприятие судьбы как неизбежного вращения, в котором каждый поднимающийся рано или поздно окажется внизу.

Буду царствовать, царствую, царствовал

Самая известная средневековая иллюстрация этого образа сохранилась в рукописи тринадцатого века, известной под названием «Бойренские песни», обнаруженной в баварском аббатстве Бенедиктбойерн. На листе изображено колесо с богиней в центре и четырьмя коронованными фигурами по ободу, каждая из которых подписана короткой латинской фразой: «буду царствовать» — у восходящей фигуры, «царствую» — у фигуры на самой вершине, «царствовал» — у той, что уже падает вниз, теряя корону, и «я без царства» — у поверженной фигуры внизу колеса. Эти четыре подписи стали классической формулой средневекового образа: не отдельный момент удачи или несчастья, а полный, неотвратимый цикл возвышения и падения.

«Буду царствовать, царствую, царствовал, я без царства» — гласят четыре короткие подписи у фигур на средневековом изображении колеса Фортуны, показывая весь цикл человеческой судьбы одним образом.

От миниатюры к карте

Эта же композиция почти без изменений перешла на карты Таро. В колоде Висконти-Сфорца, созданной в Милане в середине пятнадцатого века, сохранилась карта Колеса Фортуны с теми же четырьмя подписями: у восходящей фигуры — маленькие ослиные уши, у поверженной внизу — старик с длинной седой бородой, придавленный колесом и не пытающийся ни удержаться, ни выбраться. В более поздней Марсельской колоде состав фигур меняется на более звериный: собака или шакал поднимается по одну сторону колеса, обезьяна или лисица опускается по другую, а наверху восседает существо с человеческим лицом на теле животного, нередко с мечом в руке, — фигуры при этом по-прежнему одеты в подобие человеческой одежды, что связывает более позднюю традицию с прежними изображениями Висконти-Сфорца, а не разрывает её.

Судьба или Фортуна

Сам Уэйт называл эту, десятую по счёту в его системе, карту старших арканов «Колесом Фортуны», сохраняя прямое имя римской богини. В русском языке за картой закрепились два названия — «Колесо Фортуны» и «Колесо Судьбы», хотя перед читателем не две разные карты, а два способа передать один и тот же образ: «Фортуна» напрямую сохраняет имя мифологической фигуры, тогда как «Судьба» передаёт более общий смысл, который у этого образа был с самого начала, — Фортуна как персонификация судьбы вообще, неотвратимо вращающей колесо для каждого человека без исключения. В колоде Уэйта на вершине колеса сидит Сфинкс, а вместо королей по ободу движутся змей Тифон и Германубис: Уэйт признавал, что следовал здесь реконструкции Элифаса Леви, и сам называл такую замену «изобретением в поддержку гипотезы». Значение карты у Уэйта — судьба, удача, успех, возвышение.