Таро Шаманов — история и устройство

Барабаны вместо Пентаклей, Луки вместо Мечей, Кости вместо Жезлов, Камни вместо Кубков — эта колода сознательно смешивает образы самых разных традиций, от Сибири до Северной Америки, в единый обобщённый образ шаманизма.

Что такое шаманизм и откуда взялась эстетика колоды

Слово «шаманизм» вошло в европейские языки через русских землепроходцев в Сибири и попало в западную науку в конце семнадцатого века благодаря запискам нидерландского дипломата и купцов, торговавших с Россией. Как научный термин он изначально описывал практики коренных народов Сибири, а позже был расширен на схожие явления в других частях света. Классическое, хотя и оспариваемое исследование на эту тему — труд румынского историка религии Мирчи Элиаде «Шаманизм: архаические техники экстаза», впервые изданный в Париже в тысяча девятьсот пятьдесят первом году и переведённый на английский язык в тысяча девятьсот шестьдесят четвёртом. Элиаде определял шаманизм как технику экстаза, объединяющую в себе черты мистицизма, магии и религии, и, что особенно важно для этой колоды, отстаивал идею единого древнего источника всех разрозненных шаманских традиций мира — представление, которое сегодня в антропологии считается спорным упрощением, но которое как раз и объясняет, почему колода Филадоро свободно смешивает сибирские, африканские и североамериканские мотивы в одном визуальном ряду: этот подход методологически восходит именно к элиадовскому обобщению. Другая центральная для Элиаде идея — образ мирового древа, связывающего небо, землю и подземный мир, по которому путешествует шаман, — прямо перекликается с переименованием карты Башни в «Древо Космоса» в этой колоде. Современные антропологи, в частности британский историк Рональд Хаттон, критикуют Элиаде за недооценку роли гадания в сибирском шаманизме и за чрезмерное упрощение разнообразия космологий разных культур. Колода Филадоро сознательно смешивает образы разных, не связанных друг с другом шаманских традиций — североамериканской, африканской, доисторической европейской, — а в некоторых картах даже помещает шаманские фигуры на фоне современных городских пейзажей, подчёркивая идею шаманизма как явления, актуального и сегодня. Это современная художественная стилизация, а не отражение подлинной традиции какого-либо конкретного народа.

Устройство: что осталось от Уэйта, что изменено

Структура колоды повторяет классическую схему: семьдесят восемь карт, деление на старшие и младшие арканы, сюжетные сцены младших карт, узнаваемо перекликающиеся с композициями Уэйта. Но названия мастей и часть старших арканов переименованы.

Придворные карты тоже переосмыслены — вместо привычной феодальной иерархии здесь Шаман, Союзник, Мать духов и Отец духов. На самих картах нет текстовых названий — только номера и символы, без подписей. Переименована и часть старших арканов: Императрица стала Матерью-Землёй, Император — Хозяином Барабана, а Колесница — Вращающимся Щитом, где образ повозки заменён вращающимся ритуальным щитом.

Особенные карты

Башня в этой колоде переименована в «Древо Космоса» — смысловой акцент смещён с внезапного разрушения на образ канала космической энергии, соединяющего разные уровни мира. Карта Смерти получила название «Иное бытие» и переосмыслена в духе шаманского путешествия между мирами, а не физического конца жизни. Масть Камней, заменившая Кубки, последовательно выстроена вокруг темы исцеления как награды за пройденный путь.

Место среди других этнических стилизаций

Приём, использованный в этой колоде, — заимствование образов сразу нескольких культур без опоры на одну конкретную традицию, — характерен и для других тематических колод того же издательства: похожим образом строится, например, колода, посвящённая языческим и кельтским мотивам, разобранная в отдельном материале сайта. Разница в том, что шаманская тема изначально не привязана к одному конкретному региону мира, поэтому смешение традиций здесь выглядит ещё более демонстративным решением художника, чем в колодах на основе одной культурной линии.

Критика Хаттона и спор о происхождении шаманизма

Рональд Хаттон, историк из Бристольского университета и один из ведущих специалистов по истории язычества и колдовства в Британии, в своих работах о сибирском шаманизме показывает, что реальная практика коренных народов Сибири была значительно разнообразнее и теснее связана с гаданием и практическими бытовыми вопросами общины, чем это представлено в обобщающей модели Элиаде, ориентированной прежде всего на идею мистического экстаза и путешествия души. По мнению Хаттона, за счёт такого упрощения западная популярная культура двадцатого века, включая современный эзотерический рынок, унаследовала образ шамана как одинокого мистика-визионера — образ, гораздо ближе к романтическому европейскому воображению, чем к этнографической реальности конкретных сибирских, африканских или американских традиций, к которым эта колода обращается за визуальным материалом.

Кому подойдёт

Колода подойдёт тем, кто ищет непривычную, стилизованную эстетику вместо европейской символики Таро, — но важно помнить, что перед нами современная художественная фантазия, объединяющая элементы разных культур, а не подлинная традиция одного народа.

Русское издание

Колода выходила на русском языке под названием «Таро Шаманов» в издательстве «Аввалон-Ло Скарабео».

Карты колоды