Цыганское Таро: легенда и колоды

За словосочетанием «цыганское Таро» скрываются три совершенно разных явления: легенда о происхождении карт, придуманная французскими оккультистами восемнадцатого века, американская гадальная колода начала двадцатого столетия, не имеющая к цыганам никакого отношения, и современные декоративные колоды в балканском стиле. Смешивать их не стоит.

Легенда Кур де Жебелена

Легенду о цыганском происхождении Таро запустил в тысяча семьсот восемьдесят первом году французский писатель Антуан Кур де Жебелен в том же труде, где он же объявил карты зашифрованной египетской «Книгой Тота». В его версии цыгане были не создателями, а лишь курьерами древнего египетского знания — теми, кто якобы перенёс его в Европу. Эта фантазия наложилась на другое, более раннее заблуждение: европейцы долгое время ошибочно считали цыган выходцами из Египта, отсюда и английское слово «джипси» — искажённое «египетский», и французское «богемьен», возникшее из-за ложного представления, будто они пришли через Богемию.

Папюс и «Таро богемцев»

Столетие спустя французский оккультист Папюс в книге тысяча восемьсот восемьдесят девятого года «Таро богемцев» закрепил словосочетание в европейской эзотерической традиции. Он писал о «цыганской расе» как о хранителе передачи оккультных доктрин с древнейших времён, а само Таро называл «Книгой Тота Гермеса Трисмегиста». Именно эта книга, а не сама легенда Кур де Жебелена, сделала выражение «цыганское Таро» устойчивым названием жанра в оккультной литературе девятнадцатого века.

Вайян и индийская версия легенды

Спустя ещё несколько десятилетий после Кур де Жебелена французский писатель и переводчик Жан-Александр Вайян, много лет проживший в Валахии, в книге тысяча восемьсот пятьдесят седьмого года «Ромы, подлинная история подлинных богемцев» переработал легенду заново. Если Кур де Жебелен видел в цыганах лишь курьеров египетского знания, то Вайян сместил акцент на Индию, которую считал подлинной родиной цыган, и представил их уже не посредниками, а самостоятельными жрецами и учёными — хранителями древней восточной мудрости. Так чуть больше чем за столетие легенда о происхождении Таро прошла путь от египетской версии Кур де Жебелена к индийской версии Вайяна и, наконец, к закреплению самого словосочетания «Таро богемцев» в книге Папюса.

Цыгане и Таро в Европе: хронология

Проверка дат не подтверждает легенду, но и не опровергает её простым несовпадением хронологии: цыгане появились в Западной и Центральной Европе уже в начале пятнадцатого века, то есть примерно тогда же, когда в Северной Италии возникла сама игра в Таро. Самые ранние документальные свидетельства их появления известны довольно точно: в германских землях цыганский табор впервые зафиксирован в конце тысяча четыреста семнадцатого года в Люнебурге, откуда группа проследовала через Гамбург, Любек и другие северные города; французская хроника «Дневник парижского горожанина» под тысяча четыреста двадцать седьмым годом сообщает о появлении цыганского табора под Парижем — и в этой же ранней записи хронист прямо отмечает, что городские власти потребовали ухода табора именно из-за того, что его члены занимались хиромантией и гаданием. Честный аргумент против легенды о Таро другой: нет ни одного документального свидетельства о передаче именно карточного знания, а сама версия впервые прозвучала на триста с лишним лет позже возникновения игры, в тысяча семьсот восемьдесят первом году, — притом за сорок один год до того, как научились читать египетские иероглифы. Кур де Жебелен и его последователи не могли ни подтвердить, ни опровергнуть собственную догадку о египетской мудрости — они её просто вообразили.

Гадание как ремесло — что подтверждают источники

То, что гадание было одним из занятий части цыганских общин в Европе, — задокументированный исторический факт, но его стоит формулировать точно. Уже в парижской хронике тысяча четыреста двадцать седьмого года гадание упомянуто как одна из причин недовольства властей, — то есть этот промысел фиксируется с самого первого документированного появления цыган в Западной Европе. Историк Ангус Фрейзер в своём труде о цыганах называет гадание в числе традиционных занятий части цыганских женщин наравне с металлообработкой и торговлей лошадьми у мужчин, — обычное ремесло странствующей и полуоседлой общины, а не общая черта народа. Российские этнографы, в частности Надежда Деметер, Николай Бессонов и Владимир Кутенков в совместном труде по истории цыган, прослеживают то же занятие в цыганских общинах на территории России начиная с конца семнадцатого века. При этом важно разграничение: задокументированное историческое ремесло связано с гаданием на обычных игральных картах или позднейших специализированных гадальных картах вроде системы Ленорман, а не со структурированной колодой Таро из семидесяти восьми карт со старшими арканами, — прямой исторической связи именно с Таро в этом ремесле не прослеживается, что ещё раз подтверждает: легенда о цыганском происхождении Таро — не отражение реальной практики, а поздняя оккультная фантазия.

Цыганская ведьма — американская колода

Реально существующая историческая колода под похожим именем — «Карты цыганской ведьмы для гадания на судьбу», впервые опубликованная американским издателем Фредериком Дрейком в Чикаго в тысяча восемьсот девяносто четвёртом году. К настоящим цыганам она отношения не имеет: долгое время её рекламировали как «созданную мадемуазель Ленорман», хотя это не подтверждено, а сегодняшний правообладатель уже не заявляет такого авторства, указывая лишь, что колода основана на системе гадания Ленорман. Важно и структурное отличие: это не Таро в строгом смысле — не семьдесят восемь карт со старшими арканами, а гадальные карты с картинками-символами вроде тех, что используют в системе Ленорман.

Цыганский стиль в современных колодах

Современные издательства выпускают колоды Таро, стилизованные под цыганскую и восточноевропейскую эстетику, — с полностью сохранённой классической структурой семидесяти восьми карт. Швейцарский художник Вальтер Вегмюллер создал такую колоду в середине семидесятых годов двадцатого века; она вышла в Швейцарии в тысяча девятьсот семьдесят пятом году, а позже переиздавалась в США, — полноценные семьдесят восемь карт с авторской художественной трактовкой цыганской темы, хотя сам Вегмюллер не был по происхождению цыганом. Другой пример — колода, изданная американским издательством «Ллевеллин» в две тысячи первом году: её автор Рэймонд Бакленд по собственному свидетельству происходил из цыганской семьи по отцовской линии, а масти в этой колоде переименованы с использованием слов цыганского языка. Оба случая показывают общий принцип жанра: художники либо создают стилизацию без личной связи с культурой, либо заявляют собственное происхождение как источник вдохновения, но в обоих случаях перед читателем — современная авторская работа, а не прямое наследование многовековой традиции.

Почему легенда оказалась такой живучей

Устойчивость легенды о цыганском происхождении Таро на протяжении более чем двух столетий объясняется не отсутствием опровергающих фактов — они были известны исследователям карточной игры задолго до работ Даммита, — а самой логикой оккультного мышления конца восемнадцатого века, искавшего для любой популярной практики максимально экзотическое и максимально древнее происхождение. Кур де Жебелен работал в интеллектуальном климате, где смутные представления о древнем Египте воспринимались как синоним утраченной высшей мудрости, а любой народ с не до конца понятной для европейцев историей и происхождением — будь то цыгане или, в других легендах эпохи, тамплиеры, — легко превращался в удобного «хранителя тайного знания». Ирония в том, что сама легенда возникла всего через несколько десятилетий после того, как европейские учёные впервые начали серьёзно интересоваться подлинной историей цыганского народа, — то есть не из невежества как такового, а из готовности подогнать реальные, но плохо понятые факты под заранее желаемый оккультный сюжет.

Как говорить об этом корректно

Легенда о цыганском происхождении Таро не доказывает связь народа с картами — она рассказывает о том, как европейские оккультисты восемнадцатого века воспринимали цыган как удобный символ экзотического тайного знания, почти ничего не зная о реальной истории и культуре этого народа. Корректнее говорить не о «народе с даром предвидения», а об образе, сложившемся в европейской культурной фантазии, — устойчивом, но не имеющем отношения к подлинной этнографии.

Карты колоды