Симоронские ритуалы — волшебство для тех, кто хочет быть счастливым

Как устроена практика, в которой пуговицы купаются, взрослые сочиняют себе невероятные имена, а серьёзные желания получают смешную форму.

Покормить несуществующее животное. Приложить ухо к книге и попытаться услышать, чем заняты её герои. Устроить купание пуговиц в кружке. Такие задания действительно встречаются в описании книги создателей симорона. У читателя закономерно возникает вопрос: какое отношение эта домашняя чепуха имеет к счастью?

Ответ начинается с самой реакции на неё. На мгновение привычный порядок вещей нарушен: взрослому человеку предлагают поиграть без необходимости выглядеть солидно. Именно это разрешение на несерьёзность и составляет значительную часть обаяния симорона.

Откуда взялась школа волшебников

Симорон появился в Киеве в конце 1980-х годов. Его создатели, Пётр и Петра Бурланы, разрабатывали авторский игровой психотренинг. В книге «Симорон из первых рук» они описывают задачу своей системы как освобождение от привычных ограничений восприятия и раскрытие творческих возможностей человека.

Даже название приглашает к игре. Бурланы предлагают воспринимать его как сочетание звуков, которое можно наполнить собственным смыслом. Несерьёзный язык для них — способ расшатать слишком устойчивые представления о себе и окружающем мире.

В дальнейшем собственные версии практики развивали Вадим Гурангов и Владимир Долохов, авторы «Учебника везения». Бурлановское направление получило дополнительное обозначение «Бурлан-до». Постепенно словом «симорон» стали называть целое семейство игровых приёмов, а в интернете — ещё и многочисленные ритуалы исполнения желаний.

Поэтому под одним названием встречаются разные вещи: авторский курс, упражнения последователей, коллективное творчество участников семинаров и отдельные шуточные рецепты. Знакомиться с ними интереснее, понимая, из какой среды они происходят.

Зачем здесь столько нелепостей

Обычно вещь подсказывает нам единственный способ обращения с ней. Книга предназначена для чтения, кружка — для напитка, пуговица — для застёгивания одежды. «Симорон-навигатор» Бурланов предлагает временно изменить эти отношения и придумать предметам другую жизнь.

Получается маленький домашний театр. Пуговица может стать отдыхающей на курорте, а книжная полка — шумным общежитием персонажей. Эти два образа — наше продолжение предложенной авторами игры: её легко подхватить и развить самому.

В таком обращении с повседневностью есть узнаваемая детская свобода. Чтобы диван сделался кораблём, достаточно договориться, что сегодня он корабль. Для взрослого подобное допущение иногда труднее самой игры: мешает вопрос, прилично ли заниматься ерундой. Симорон делает эту ерунду центральным событием.

Три способа разыграть желание

Придумать себе другое имя

В книге Гурангова и Долохова «Сам себе волшебник» переименование объясняется через образ внутреннего кино. Человек словно меняет привычный фильм о происходящем на другой, желательно смешной. Новое имя или короткая фраза помогают вернуться к этому образу.

В одном из приведённых эпизодов участник выбирает имя «Я тот, который полощется на ветру», увидев развевающиеся флажки. Фраза не описывает его должность, характер или проблему. Она открывает возможность на минуту представить себя иначе.

Это существенная деталь: необычное имя может вообще не содержать желаемого результата. Его задача в логике упражнения — прервать знакомый ход переживаний. Авторы приписывают такому переключению также способность менять внешние события; это уже их представление о действии системы.

Написать письмо из желаемого будущего

Симоронская игра охотно принимает письменную форму. Филологи Ольга Дмитриева и Дмитрий Гулинов, исследовавшие тексты этой среды, выделяют среди них письма, стихотворения, рассказы и автобиографии. Желание превращается в маленькое произведение, где человек пробует говорить о себе по-новому.

Например, можно вообразить письмо от себя после завершения трудного дела: «Докладываю: доклад сдан, дракон дедлайна накормлен, гражданину полагается прогулка». Это наш придуманный пример, а не цитата из пособия. Его прелесть в соединении реального намерения с несоразмерно торжественной формой.

Если продолжить письмо конкретной строкой — «Сегодня я подготовлю первый раздел», — у игры появится выход в обычный день. Такая добавка является практическим предложением автора статьи; магических свойств ей не требуется.

Превратить быт в представление

Самый узнаваемый символ популярного симорона вынесен в название книги Гурангова и Долохова «Трусы на люстру — деньги в дом!». Уже эта формула показывает устройство шутки: повседневный предмет попадает в неожиданное место, а действию приписывается несоразмерный результат.

Книга собирает материалы семинаров: прибаутки, стихи, рассказы и диковинные обряды. Перед нами культура совместного выдумывания, в которой находка одного участника становится поводом для следующей. Именно поэтому отдельный рецепт не передаёт всей атмосферы: многое держится на исполнении, интонации, готовности подхватить чужую шутку.

Что может измениться на самом деле

Изменение настроения и исполнение желания — разные результаты. После смешного упражнения человек может почувствовать облегчение. Но из этого ещё не следует, что ритуал обеспечил прибавку к зарплате, знакомство или удачное совпадение. Для такого вывода понадобилось бы исключить другие объяснения.

У юмора есть собственная исследовательская история. В работе Андреи Самсон и Джеймса Гросса участникам показывали неприятные изображения и предлагали реагировать на них с добродушным либо язвительным юмором. Добродушная версия лучше помогала уменьшать отрицательные и усиливать положительные эмоции.

Исследование касалось реакций на изображения; симоронские ритуалы в нём не проверяли. Однако оно даёт основание для осторожного предположения: часть привлекательности подобных игр может быть связана с возможностью по-доброму переосмыслить неприятное.

Отсюда следует полезный ориентир для собственной шутки. Пусть она оставляет человеку достоинство. Есть разница между смешным образом неповоротливого дедлайна и очередным способом объявить себя безнадёжным неудачником.

Счастье не обязано быть заданием

У практик исполнения желаний есть соблазнительная сторона: кажется, что наконец найден способ договориться с неопределённостью. Но игра теряет лёгкость, если человек начинает тревожно проверять, достаточно ли радостно он произнёс формулу и не испортил ли результат плохим настроением.

Неудача не доказывает, что кто-то неправильно «симоронил». Грустить, уставать и сомневаться можно без чувства вины. Улыбка не должна становиться платой за право на хорошую жизнь.

Для знакомства с этой культурой достаточно небольшого опыта: сочинить забавное название предстоящему делу, улыбнуться ему и сделать первый шаг. Подготовиться к разговору, написать человеку, закончить страницу. Если игра не нравится, от неё тоже можно отказаться.

Возможно, самая симпатичная сторона симорона — разрешение не откладывать удовольствие до дня, когда всё окончательно наладится. Несколько минут свободной фантазии доступны и посреди несовершенного дня. Жизнь после них может остаться сложной, зато в ней уже случилось что-то смешное, придуманное вами и принадлежащее вам.