Представление о том, что русалку можно вызвать особым заклинанием, попросить у неё богатство, любовь или исполнение любого желания, а затем отпустить обратно в воду, хорошо знакомо по современным мистическим историям. Но если обратиться не к эзотерическим сайтам, а к этнографическим записям 19–20 веков и исследованиям фольклористов, картина оказывается гораздо интереснее.
В традиционной культуре русалка — не волшебница, исполняющая желания по заказу. С ней действительно пытались вступать в контакт, ей оставляли дары, к ней обращались во время гаданий и даже просили о помощи. Однако отношения человека и русалки строились не по принципу «вызвал — загадал — получил», а скорее как осторожное взаимодействие с существом иного мира, которое одновременно могло помочь и причинить вред.
Поэтому исторически точнее спрашивать не «какое заклинание вызывает русалку?», а когда, где и зачем люди пытались установить с ней контакт — и что, согласно народным представлениям, могли получить взамен.
Сразу оговорим важное: старые поверья сами называли водоёмы в Русальную неделю опасными местами. Изучение и символическое воспроизведение традиции не требует ночных походов к реке, купания в одиночку и других реальных рисков.
Русалку не столько вызывали, сколько ждали её появления
Одно из главных отличий традиционного фольклора от современной мистики состоит в том, что русалок обычно не предполагалось специально вытаскивать из другого мира в любое удобное человеку время. Считалось, что существует определённый период года, когда граница между человеческим миром и миром умерших становится проницаемой и русалки сами появляются среди людей.
Таким временем была прежде всего Русальная неделя, связанная с троицким циклом и Зелёными святками. Конкретные сроки различались в разных местностях: где-то русалочьим временем считали неделю перед Троицей, гораздо чаще — неделю после неё; особое значение могли иметь Семик, Духов день, первый понедельник Петрова поста или ночь на Ивана Купалу.
Иными словами, народная логика была прямо противоположна современному представлению о магическом вызове. Человеку не требовалось «открывать портал»: считалось, что русалки в установленное календарное время уже находятся рядом.
По поверьям их можно было встретить в цветущей ржи, в лесу, на деревьях, около источников, колодцев и рек. Особенно тесно с русалками связывались берёзы и другие деревья, на ветвях которых они якобы качались и сидели.
Поэтому если представить традиционный «вызов русалки» в виде формулы, первым его условием было бы не заклинание, а правильное время.
Кто такая русалка, у которой собирались что-то просить
Фольклорная русалка гораздо меньше похожа на морскую деву с рыбьим хвостом, чем принято считать. В восточнославянских поверьях русалками могли становиться умершие до свадьбы девушки, утопленницы, некрещёные дети, умершие в русальный период или другие покойники, чья смерть по представлениям традиционного общества нарушала нормальный порядок жизни. Подробный разбор её облика и происхождения мы даём в отдельном материале о том, как выглядят русалки.
Для нашей темы важно другое — отношение к ней было двойственным.
Русалка могла способствовать росту растений, охранять поле или помочь человеку, но могла также преследовать случайного путника, щекотать его, пугать или заманивать к воде.
Это объясняет странную на первый взгляд особенность русальных обрядов: русалок одновременно одаривали и старались от них защититься.
Человек как будто говорил существу иного мира: я соблюдаю правила, признаю твоё присутствие, даю тебе положенное — а ты не причиняй мне вреда и, если можешь, помоги.
И именно в этой модели обмена следует искать исторический прообраз идеи «получить от русалки желаемое».
Можно ли было попросить русалку исполнить желание
Здесь необходимо отделить фольклор от поздней мистической фантазии.
Надёжные этнографические источники не дают основания говорить о распространённом славянском обряде, при котором русалка исполняет любое загаданное желание. Нет общеизвестной старинной формулы вроде «вызови русалку в полночь, назови желание три раза и отдай ей украшение».
Зато зафиксированы гораздо более конкретные формы обращения.
Исследователи отмечают, что восточнославянские девушки обращались к русалкам во время гаданий. Известны также обращения с просьбой помочь найти пропавший скот. Кроме того, весь русальный обрядовый комплекс тесно связан с урожаем, цветением растений и благополучием хозяйства.
Следовательно, традиционная русалка могла выступать не универсальным исполнителем желаний, а существом, от которого ожидали ответа или помощи в определённой сфере.
| Чего ждали от русалки в традиции | Что приписывает ей современная мистика |
|---|---|
| Ответ при гадании, знак о будущем | Богатство, крупная сумма денег |
| Помощь в поиске пропавшей скотины | Возвращение возлюбленного, приворот |
| Урожай, цветение, благополучие хозяйства | Исполнение любого названного желания |
| Отсутствие вреда при соблюдении запретов | Покровительство и подарки без условий |
Это существенно отличается от современного списка желаний. Подобные идеи гораздо сильнее связаны с поздней литературой и современной оккультной культурой.
Главный способ установить контакт — дар
Если в старых свидетельствах и существует действие, больше всего напоминающее попытку расположить к себе русалку, то это подношение. Причём характер русалочьих подарков необычайно устойчив.
Русалкам оставляли холсты, полотенца, сорочки, пряжу, нитки, куски ткани. В некоторых местах одежду развешивали на деревьях или возле дома. Афанасьев приводит сведения о существовавшем на Украине обычае во время Русальной недели вывешивать на дубах и других деревьях холсты, полотенца, рубахи и мотки ниток.
Причина становится понятна из русальных песен и поверий. Русалки представлялись нагими либо одетыми в тонкие белые рубахи и будто бы сами просили женщин и девушек дать им одежду.
Поэтому ткань здесь была не случайной платой. Она непосредственно соответствовала потребности мифологического персонажа.
В других записях возле связанных с русалками мест оставляли хлеб и другую пищу. В Полесье существовал обычай оставлять ночью еду на столе, поскольку верили, что в дом могут прийти души девушек-русалок. Известны и поминальные трапезы, что снова подчёркивает связь русалок с миром умерших.
Таким образом, логика традиционного ритуала выглядела не как покупка желания, а как дар существу иного мира в надежде на взаимность.
Почему именно нитки, рубаха и полотенце
Эта деталь особенно интересна, потому что помогает увидеть древнюю логику обряда.
Ткань в традиционной культуре была дорогостоящей вещью. За рубахой или полотенцем стояли выращивание льна, обработка волокна, прядение, ткачество и шитьё. Даже небольшой кусок полотна представлял собой результат значительной работы.
Но значение было не только хозяйственным. Пряжа, нить и ткань постоянно появляются в обрядах, связанных с жизнью человека, судьбой, свадьбой и смертью.
Русалки тоже тесно связаны с прядением. В поверьях они могут прясть, похищать пряжу или портить оставленные на Русальной неделе работы. Поэтому дар ниток или полотна оказывается гораздо содержательнее современной идеи бросить в воду монету.
Внутри традиционной картины мира это буквально подарок, соответствующий природе адресата.
Нужно ли было произносить заклинание
Здесь современного читателя ждёт, пожалуй, самое большое разочарование — или, наоборот, самое интересное открытие.
Универсального древнеславянского «заклинания вызова русалки» источники не знают.
Существовали русальные песни, обращения, приглашения, обрядовые реплики, защитные формулы. Но невозможно взять одну фразу и честно объявить её общеславянской формулой вызова русалки.
Это важно, потому что множество современных текстов предлагают примерно следующую конструкцию: выйти в полночь к воде, взять расчёску или зеркало, зажечь свечи, произнести определённые слова несколько раз и ждать появления русалки.
Такой сценарий выглядит убедительно потому, что он составлен из настоящих элементов народной магии — воды, полуночи, распущенных волос, зеркала, гаданий. Однако сами по себе эти элементы принадлежат разным обрядам. Например, зеркало действительно широко использовалось в традиционных гаданиях, но прежде всего как средство увидеть судьбу или суженого, а не как специальный инструмент вызова русалки.
Получается своеобразный фольклорный конструктор: реальные старые символы соединяются в новый обряд, которого в таком виде этнографические источники не фиксируют.
Как тогда выглядел бы настоящий фольклорный «вызов»
Если свести множество региональных обычаев к общей схеме, получится не заклинание, а последовательность из нескольких элементов.
Сначала наступает русалочье время — календарный период, когда русалки, согласно поверью, уже находятся среди людей.
Затем возникает русалочье пространство: поле с цветущей рожью, дерево, лес, источник, берег или иногда собственный дом, куда якобы могла прийти умершая родственница.
Далее человек демонстрирует, что признаёт присутствие русалки: соблюдает установленные запреты, не тревожит опасные места, оставляет ей предназначенный дар или пищу.
После этого возможно обращение — гадание или конкретная просьба.
Наконец, контакт обязательно должен завершиться. В конце Русальной недели проводился целый комплекс обрядов, известный как «проводы русалки». Русалок символически удаляли из человеческого пространства: ряженую девушку или чучело выводили за пределы поселения, в поле или к реке; венки снимали, бросали или уничтожали, после чего участники возвращались домой.
То есть традиция предусматривала не только приход потустороннего существа, но и его обязательный уход.
Что просить у русалки ближе всего к настоящей традиции
Если ориентироваться именно на исторические материалы, то просьба должна быть конкретной и связанной с функциями персонажа.
Наиболее достоверный вариант — вопрос о неизвестном. Русалки действительно участвовали в девичьих гаданиях, поэтому обращение за знаком или ответом о будущем лучше соответствует этнографической традиции, чем просьба о миллионе рублей.
Второй вариант — поиск пропавшего. Исследователями прямо отмечены обращения к русалкам с просьбой помочь отыскать потерявшуюся скотину. Для крестьянского хозяйства исчезновение коровы или другого животного было серьёзной проблемой, поэтому такая помощь имела вполне практическую ценность.
Третий круг связан с урожаем и плодородием. В русальных поверьях присутствие русалок часто связывалось с цветением растений и хорошим урожаем. В некоторых регионах считали, что соблюдение русалочьих праздников обеспечивает плодородие, а нарушение запретов, напротив, может навлечь неприятности.
Таким образом, историческая формула выглядит примерно так: не «дай мне всё, чего я хочу», а «помоги узнать», «помоги найти», «не вреди и сохрани благополучие».
А любовь и богатство?
Здесь фольклор особенно хорошо показывает, как менялся образ русалки.
В романтической литературе 19 века русалка постепенно превращается в прекрасную водяную женщину: она живёт в подводном дворце, выходит ночью на берег, расчёсывает длинные волосы, влюбляется в человека, заманивает его к себе и иногда обещает ему богатство.
Этот образ стал чрезвычайно влиятельным. Именно от него во многом происходит современная красавица-русалка, способная одарить человека сокровищами или сверхъестественной любовью.
Но академические исследования специально обращают внимание на то, что такая романтическая русалка лишь частично совпадает с персонажем крестьянских поверий.
Поэтому ритуал «попросить русалку сделать так, чтобы определённый человек вас полюбил» или «попросить сокровище» трудно представить как достоверно реконструированный старинный обычай. Это уже скорее поздняя авторская магическая традиция.
Почему встреча с русалкой считалась опасной
Есть и ещё одна причина, по которой русалку нельзя воспринимать как славянский аналог доброй феи.
По народным рассказам встреча могла закончиться очень плохо. Русалки преследовали людей, заманивали их, могли защекотать до смерти или утопить. Особенно опасным считалось нарушение правил поведения во время Русальной недели.
Поэтому существовали многочисленные обереги.
Самый известный — полынь. Её носили при себе, отправляясь туда, где можно было встретить русалок. Защитными растениями в разных традициях считались также крапива и чеснок. Известны специальные словесные формулы и другие способы защиты.
Получается любопытный парадокс: тот же человек, который оставляет русалке рубаху или еду, может одновременно брать с собой растение, предназначенное для защиты от неё.
Для народной культуры в этом нет противоречия. Дар выражает уважение к границе между мирами; оберег не позволяет существу эту границу нарушить.
Почему русалку «провожали»
Обряд проводов — один из ключей к пониманию всего русалочьего комплекса.
В определённое время русалкам как будто разрешалось находиться в человеческом мире. Затем этот срок истекал, и порядок необходимо было восстановить.
Для проводов могли изготовить чучело. В других вариантах русалкой становилась выбранная девушка с распущенными волосами, в белой одежде или украшенная венками и зеленью. Её с песнями выводили из деревни, после чего участники обряда разбегались.
Иногда чучело оставляли в поле, разбирали, сжигали или уничтожали другим способом.
Смысл здесь гораздо глубже простой игры. Обряд обозначал восстановление нормальной границы между живыми и умершими, человеческим пространством и иным миром.
Поэтому в традиционной логике вызвать и не проводить русалку было бы неправильным завершением ритуала.
Можно ли сегодня воспроизвести такой обряд
Можно воспроизвести его как фольклорную реконструкцию, но важно понимать, где заканчивается история и начинается современная фантазия.
Наиболее близкий к источникам символический вариант строился бы вокруг календарного русального периода, ткани или ниток как традиционного дара и конкретного обращения вместо универсального «желания». При этом нет необходимости идти ночью к реке, заходить в воду или оставлять вещи и пищу в природе.
Это особенно важно. Старые поверья сами называли водоёмы в Русальную неделю опасными местами, и советы «отправиться в полночь на берег», которыми полны современные пересказы, не имеют отношения ни к безопасности, ни к традиции. Ночные походы к воде в одиночку опасны независимо от фольклора.
И ещё одно правило исследовательской честности: если используется специально придуманная фраза обращения, её следует так и называть — современной реконструкцией, а не «древнеславянским заклинанием».
Настоящая традиция интереснее выдуманного заклинания именно потому, что она не была единой системой магии. Это множество местных представлений, песен, рассказов, запретов и ритуалов, живших в разных деревнях совершенно по-разному.
Так можно ли всё-таки получить от русалки желаемое?
Если отвечать языком традиционного поверья — иногда русалку действительно старались расположить к себе даром, к ней обращались с просьбой или вопросом и ожидали помощи.
Если отвечать языком современной науки — никаких оснований считать эти действия работающим способом сверхъестественного исполнения желаний нет. Перед нами фольклорная практика и способ, которым люди прошлого объясняли отношения человека с природой, умершими и неизвестностью.
И всё же именно здесь находится самая интересная часть русалочьей традиции.
Наши предки представляли мир не как пространство, где любой дух обязан выполнить желание после правильно произнесённого заклинания. Напротив, контакт с иным миром считался опасным и требовал соблюдения правил. Человек отдавал дар, проявлял уважение, формулировал ограниченную просьбу и затем старался вернуть нарушенную границу на место.
Поэтому наиболее исторически точная формула общения с русалкой состояла бы всего из пяти элементов: правильное время, правильное место, дар, конкретная просьба и обязательные проводы.
А идея о русалке, которую можно вызвать в любой вечер, назвать ей любое желание и получить желаемое, — уже значительно более поздняя история.
Источники и примечания
- Л. Н. Виноградова. «Народная демонология и мифо-ритуальная традиция славян». М.: Индрик, 2000. Один из наиболее важных современных академических трудов по славянской низшей мифологии. Книга содержит отдельное исследование русалок и полевые материалы Полесского архива; издание подготовлено в Институте славяноведения РАН.
- Л. Н. Виноградова, С. М. Толстая. Материалы в сборнике «Славянский и балканский фольклор: Верования. Текст. Ритуал». М.: Наука, 1994. Особенно важен раздел о контактах человека с мифологическими персонажами: здесь прямо отмечены обращения девушек к русалкам при гаданиях, просьбы о помощи в поиске пропавшей скотины, а также типичные дары — холсты, пряжа, нитки и одежда.
- «Славянская мифология. Энциклопедический словарь». 2-е изд. М.: Международные отношения, 2002; ред. С. М. Толстая, Т. А. Агапкина, О. В. Белова, Л. Н. Виноградова, В. Я. Петрухин. Академический словарь Института славяноведения РАН, содержащий статьи о русалках, русалиях, календарных обрядах и народной демонологии.
- Д. К. Зеленин. «Очерки русской мифологии. Вып. 1. Умершие неестественною смертью и русалки». Петроград, 1916. Классическое фундаментальное исследование представлений о русалках и так называемых заложных покойниках. Существует научное переиздание «Индрика» 1995 года.
- А. Н. Афанасьев. «Поэтические воззрения славян на природу», т. III. 1869. Афанасьев фиксирует сведения о русалочьей связи с пряжей и тканью и обычай вывешивать во время Русальной недели холсты, полотенца, сорочки и мотки ниток «в дар русалкам».
- В. К. Соколова. «Весенне-летние календарные обряды русских, украинцев и белорусов. XIX — начало XX в.». М.: Наука, 1979. Академическая монография Института этнографии АН СССР, подробно рассматривающая троицко-русальный комплекс, календарные сроки и обряды проводов.
- В. И. Даль. «О поверьях, суевериях и предрассудках русского народа». СПб., 1880. Классический сборник материалов о народных представлениях XIX века с отдельной главой о русалках.
- П. В. Шейн. «Материалы для изучения быта и языка русского населения Северо-Западного края». СПб., 1887–1902. Обширное собрание песен, поверий, обрядов и этнографических свидетельств, особенно ценное для белорусской традиции; использовалось позднейшими исследователями русалочьего комплекса.
- Л. Н. Виноградова. «Что мы знаем о русалках?» // «Живая старина», 1994, № 4. Научно-популярное изложение полесских экспедиционных материалов: русалки связываются с Русальной неделей, умершими девушками, соблюдением специальных запретов и оставлением для них пищи.
Примечания
- «Вызов русалки» — условное название. В академических источниках значительно чаще описываются сезонное появление русалок, обращения к ним, гадания, дары и «проводы», а не отдельный универсальный ритуал призывания.
- Обряд исполнения любого желания в надёжных источниках не обнаруживается. Зафиксированы более узкие формы взаимодействия: гадания, просьбы о поиске пропавшего скота, ожидание урожая или благополучия, а также умилостивительные действия.
- Русальная неделя не имела абсолютно одинаковой датировки. Сроки и названия различались по регионам, поэтому нельзя корректно назвать один фиксированный день «единственным временем вызова русалки».
- Дар тканью действительно имеет серьёзную этнографическую основу. Холсты, сорочки, полотенца, пряжа и нитки упоминаются сразу в нескольких независимых собраниях и позднейших академических исследованиях.
- Полынь как оберег — также традиционный мотив. Исследования фиксируют её наряду с крапивой, чесноком и специальными защитными формулами.
- Свечи, зеркало, расчёска, полнолуние и «трижды произнести желание» не следует автоматически считать древним русалочьим ритуалом. Некоторые из этих предметов действительно встречаются в славянской магико-обрядовой культуре, но зеркало, например, прежде всего известно по различным гаданиям и не является специфическим средством вызова русалки.
- Романтическая водяная красавица и фольклорная русалка — не одно и то же. Академические описания специально различают поздний литературный образ русалки, способной обещать человеку любовь и богатства, и гораздо более сложный персонаж народных поверий.
- Описанные в статье обычаи являются этнографическими свидетельствами верований, а не доказательством существования русалок или эффективности магических практик. Ночные походы к водоёмам и купание в одиночку не нужны ни для изучения традиции, ни для её символической реконструкции.
