Антон Шандор Лавей занимает в истории современного сатанизма необычное место. Он не просто написал одну из самых известных оккультных книг XX века: в 1960-е годы ему удалось превратить образ Сатаны, веками существовавший прежде всего как религиозное обвинение и символ зла, в основу публично заявленной религиозно-философской идентичности. При этом созданная им система значительно отличается от того «поклонения дьяволу», которое обычно рисует массовая культура.
Не менее интересно другое: сам Лавей сознательно превращал собственную биографию в часть спектакля. Поэтому рассказ о нём приходится строить одновременно как историю человека, историю новой религии и исследование созданного этим человеком мифа.
От обвинения в сатанизме — к людям, называющим себя сатанистами
Чтобы понять значение Лавея, полезно начать не с него самого, а с исторического парадокса.
Слово «сатанист» появилось задолго до возникновения устойчивых организаций людей, которые сами называли себя сатанистами. На протяжении столетий обвинения в служении Сатане применялись против еретиков, ведьм, религиозных противников, тайных обществ и просто неудобных групп. Исторические исследования показывают, что многие рассказы о могущественных подпольных сатанинских культах являлись либо полемическими конструкциями, либо слухами и фантазиями.
В XIX веке ситуация стала меняться. Романтики, декаденты и некоторые антиклерикальные авторы начали переосмысливать Сатану: уже не только как воплощение абсолютного зла, но и как литературную фигуру бунта, свободы, индивидуализма и сопротивления установленному порядку.
Однако между литературной симпатией к образу Люцифера и существованием организованной религии оставалась значительная дистанция.
Именно здесь появляется Лавей. В 1966 году в Сан-Франциско он основал Церковь Сатаны — организацию, которая уже открыто использовала слово «сатанизм» как собственное самоназвание. Именно поэтому многие современные исследователи считают основание Church of Satan одним из ключевых рубежей в истории современного сатанизма.
Причём Сатана Лавея оказался совсем не тем существом, которого ожидала увидеть публика.
Антон Шандор Лавей: человек и созданная им легенда
Антон Шандор Лавей родился 11 апреля 1930 года в Чикаго. Современные биографические исследования указывают, что при рождении его звали Howard Stanton Levey — Говард Стэнтон Леви. Позднее семья оказалась в Калифорнии, а уже взрослый Леви сформировал имя и публичную личность Anton Szandor LaVey.
Именно слово «сформировал» здесь особенно уместно.
Лавей очень хорошо понимал силу образа. Бритая голова, заострённая бородка, чёрная одежда, экзотические животные, оккультная символика, старый тёмный дом, органная музыка — всё это было не случайным набором эксцентричных привычек, а частью тщательно создаваемого персонажа.
Вокруг его ранней жизни постепенно возник целый цикл легенд. В авторизованных биографиях рассказывалось, что Лавей работал в цирке и карнавале, был укротителем крупных кошек, играл на органе в заведениях сомнительной репутации, работал фотографом полиции Сан-Франциско и благодаря этому видел самые мрачные стороны человеческой природы.
Некоторые из этих рассказов могли иметь реальную основу. Другие оказались плохо подтверждаемыми, а отдельные заявления при последующей проверке столкнулись с прямыми противоречиями. Например, утверждения о работе полицейским фотографом ставились под сомнение самой полицией.
Поэтому современная биография Лавея требует разделять по меньшей мере три слоя: документируемую жизнь, воспоминания самого Лавея и сознательно созданную вокруг него легенду.
И это не второстепенная деталь. Миф о Лавее был частью проекта Лавея. Он создавал не только философию, но и фигуру её основателя.
Сан-Франциско и «Чёрный дом»
Центром этой истории стал дом Лавея на Калифорния-стрит в Сан-Франциско, позднее получивший название Black House — «Чёрный дом».
В 1960-е годы Сан-Франциско был идеальным местом для подобного эксперимента. Контркультура, новые религиозные движения, сексуальная революция, психоделическая культура, интерес к восточным учениям и оккультизму образовали среду, где появление необычной религиозной организации почти неизбежно становилось частью более широкого культурного процесса.
До официального основания Церкви Сатаны вокруг Лавея существовал круг людей, интересовавшихся магией, человеческой психологией, эзотерикой, философией и необычными явлениями. В позднейшей истории Church of Satan этот круг получил почти легендарный статус.
Лавей устраивал лекции и встречи, обсуждал оккультные темы и постепенно оформлял собственную систему взглядов. По существу, перед нами была лаборатория будущего лавеевского сатанизма.
30 апреля 1966 года: рождение Церкви Сатаны
Официальной датой основания Church of Satan — Церкви Сатаны считается 30 апреля 1966 года, Вальпургиева ночь. Лавей объявил 1966 год первым годом новой сатанинской эры — Anno Satanas.
Сам жест был великолепно рассчитан с точки зрения символики. Традиционная европейская ночь ведьм становилась датой появления организации, открыто называющей себя сатанинской.
Очень скоро Лавей понял ещё одну вещь: новая религия существует не только благодаря доктрине. Она существует благодаря образам.
Церковь начала проводить публичные церемонии. В 1967 году широкую известность получила сатанинская свадебная церемония журналиста Джона Рэймонда и Джудит Кейс. В том же году Лавей провёл получившее широкую огласку «сатанинское крещение» своей маленькой дочери Зины.
Фотографии необычных церемоний были практически идеальным материалом для газет.
Так возник феномен, который сопровождал Лавея всю его жизнь: границу между религиозной церемонией, психологическим театром и медийным представлением иногда было практически невозможно провести. И это было частью замысла.
Что Лавей подразумевал под Сатаной
Здесь возникает главное заблуждение.
Лавеевский сатанизм не строится на поклонении реально существующему библейскому Дьяволу.
В классической системе Church of Satan Бог и Сатана не рассматриваются как реальные сверхъестественные личности. Современная Церковь Сатаны прямо определяет свою философию как атеистическую и материалистическую.
Сатана используется прежде всего как символ. Он воплощает противостояние догме, земную человеческую природу, гордость, индивидуальность, стремление к удовольствию и неприятие религиозного самоотречения.
Поэтому парадокс лавеевского сатанизма заключается в следующем: сатанисту не обязательно верить в Сатану — напротив, ортодоксальный лавеевский сатанизм такой веры не требует.
Религиозный язык сохраняется, но его содержание меняется.
С точки зрения исследователей религии, это один из наиболее интересных аспектов системы Лавея: она соединяет атеистический материализм с ритуалом, мифом, религиозной эстетикой и символическим образом Сатаны.
«Сатанинская библия»: книга, создавшая канон
Если основание Церкви Сатаны в 1966 году создало организацию, то выход The Satanic Bible — «Сатанинской библии» в 1969 году дал этой организации устойчивый текст. Книга была издана в Нью-Йорке издательством Avon Books и с тех пор стала главным произведением Лавея.
Название намеренно провокационно. Это не «Библия» в привычном смысле слова: Лавей не утверждает, что получил текст через божественное откровение. Тем не менее книга приобрела внутри лавеевской традиции фактически канонический статус.
Академические исследователи поэтому иногда называют её своего рода «писанием» современного сатанизма — с оговоркой, что механизм её авторитета отличается от авторитета традиционных священных книг.
Четыре книги внутри одной
«Сатанинская библия» разделена на четыре крупные части.
- «Книга Сатаны» представляет собой агрессивный полемический пролог. В ней особенно сильно заметно влияние более ранней радикально-индивидуалистической литературы.
- «Книга Люцифера» содержит основную философскую часть произведения. Здесь Лавей рассуждает о религии, человеческой природе, удовольствии, любви, ненависти, сексе, смерти, эго и различных мифах о сатанизме.
- «Книга Белиала» посвящена теории и практике магии и ритуала.
- «Книга Левиафана» содержит ритуальные тексты и переработанные енохианские ключи, исторически связанные с оккультной традицией Джона Ди и более поздней церемониальной магией.
Таким образом, книга одновременно является манифестом, сборником эссе, полемикой против традиционной религии и руководством по ритуальной практике.
Девять сатанинских положений
В начале книги Лавей сформулировал знаменитые Nine Satanic Statements — «Девять сатанинских положений». Именно они лучше всего показывают принцип его философии.
Идея строится на противопоставлениях: воздержанию противопоставляется наслаждение, духовному уходу от мира — земная жизнь, универсальной любви — избирательность, прощению — воздаяние, а представлению о человеке как особом духовном существе — взгляд на человека как на животное.
То есть Лавей систематически переворачивает ценностный язык традиционной христианской морали.
Но из этого не следует принцип «можно абсолютно всё». В лавеевской системе существуют собственные ограничения.
Например, «Одиннадцать сатанинских правил Земли» требуют уважать пространство другого человека, не навязывать сексуальные контакты без соответствующего сигнала, не причинять вреда маленьким детям и не убивать животных без необходимости — за исключением пищи или защиты от нападения.
Мораль Лавея поэтому правильнее описывать не как отсутствие правил, а как этику радикальной взаимности и индивидуальной ответственности. Она может выглядеть жёсткой, иногда намеренно жестокой по формулировкам, но это всё же определённый нормативный кодекс.
Наслаждение — но не потеря контроля
Один из центральных принципов Лавея — indulgence, наслаждение или удовлетворение желаний. Однако он противопоставляет его compulsion — зависимости и навязчивости.
Логика примерно следующая: человеку не следует считать свои естественные желания греховными, однако если желание начинает управлять человеком, тот уже не является хозяином собственной жизни.
Отсюда возникает характерный для лавеевского сатанизма культ личной автономии. Человек должен знать собственные желания, принимать их и управлять ими.
В этом отношении Лавей находился одновременно внутри и вне контркультуры 1960-х. Он поддерживал сексуальное освобождение и отказ от многих традиционных запретов, но относился скептически к идее безусловной любви, коллективизма и растворения индивидуальности. Его революция была не утопически коллективной, а подчёркнуто индивидуалистической.
Эгоизм, ответственность и тёмная сторона философии Лавея
Было бы ошибкой превращать лавеевский сатанизм только в безобидную формулу «будь собой». Его философия значительно жёстче.
В текстах Лавея присутствуют идеи социального ранжирования, конкуренции, элитаризма и неравенства способностей. Большое значение придаётся личной силе, самостоятельности и способности отвечать за последствия собственных решений.
Наряду с Ницше и Айн Рэнд на Лавея повлияла литература, связанная с радикальным индивидуализмом и социально-дарвинистской риторикой. Позднейший текст Лавея Pentagonal Revisionism ещё яснее демонстрирует его интерес к социальной стратификации и меритократическому устройству общества.
Поэтому современное исследование Лавея требует избегать двух крайностей. Неверно изображать его учение тайным культом убийц и поклонников буквального Дьявола. Но столь же неверно представлять его просто либеральным гуманистом, который случайно использовал сатанинскую символику.
Лавей сознательно создавал жёсткую антиэгалитарную систему индивидуализма.
Откуда Лавей брал свои идеи
«Сатанинская библия» не возникла из интеллектуального вакуума. Лавей чрезвычайно эклектичен.
В его произведениях исследователи обнаруживают влияние или прямое использование идей Фридриха Ницше, Айн Рэнд, Алистера Кроули, Г. Л. Менкена, Джека Лондона и других авторов.
Особенно важна книга, опубликованная под псевдонимом Ragnar Redbeard, Might Is Right. Фрагменты её текста были переработаны Лавеем для «Книги Сатаны». Сегодня это не является каким-либо секретом: связь подробно рассматривается и академическими авторами, и самой Church of Satan.
Из-за этого Лавея неоднократно обвиняли в плагиате. Однако для историка вопрос интереснее простой формулы «украл — не украл».
Исследование Юджина Галлахера показывает, что Лавей не просто механически собирал чужие фразы: он отбирал, перестраивал и помещал исходный материал в совершенно новый религиозный контекст. В другом месте Лавей переработал енохианские тексты, связанные с оккультистом XVI века Джоном Ди.
Получился своеобразный философский монтаж. Именно способность соединить радикальный индивидуализм, оккультную эстетику, поп-психологию, театральный ритуал и образ Сатаны оказалась, вероятно, более важной, чем абсолютная оригинальность каждого отдельного элемента.
Как может существовать атеистическая магия
Это один из самых интересных вопросов лавеевской системы. Если никакого сверхъестественного Сатаны нет, зачем тогда пентаграммы, свечи, заклинания и ритуалы?
Лавей разделял магию на два типа.
Lesser Magic — «малая магия» относится прежде всего к воздействию на людей в обычной жизни: пониманию человеческой психологии, созданию нужного впечатления, внешнему облику, речи, соблазнению, театральности, умению читать социальную ситуацию. Слово «магия» здесь во многом оказывается необычным названием прикладной психологии, самопрезентации и манипуляции.
Greater Magic — «большая магия» представляет собой ритуал. Человек помещает себя в особое символическое пространство, временно отказывается от повседневного рационального контроля, концентрирует желание, гнев, скорбь или другую эмоцию и выражает её через церемонию.
В современной интерпретации Church of Satan подобный ритуал часто объясняется как форма эмоциональной разрядки и психодрамы. Но полностью устранять из ранних текстов Лавея сознательно оставленную там магическую двусмысленность тоже не стоит: язык книги устроен так, чтобы рационалистическое объяснение и ощущение мистического действия могли сосуществовать.
Именно эта двойственность делает лавеевский ритуал необычным. Можно не верить в демона — и всё равно использовать демоническую сценографию.
Почему обряды Лавея выглядят столь театрально
Лавей прекрасно понимал ритуал как театр. Колокола, свечи, кубки, мечи, готическая декорация, имя Сатаны — всё это создаёт психологическое пространство, резко отличающееся от обыденного.
Ритуал должен был позволить участнику выразить эмоции, которые повседневная социальная жизнь заставляет подавлять. В этом проявляется один из центральных принципов его мировоззрения: запрещённое не обязательно уничтожать — его можно символически пережить.
Такое понимание объясняет, почему сатанинская эстетика оказалась для Лавея почти так же важна, как философские тезисы. Сатана был не только понятием. Он был образом.
Бафомет и создание современного сатанинского визуального языка
Наиболее известным символом Church of Satan стал Sigil of Baphomet — перевёрнутая пентаграмма с головой козла.
Лавей не придумал этот мотив с нуля. Изображения козлиной головы внутри перевёрнутой пентаграммы существовали раньше. Церковь Сатаны переработала конкретный вариант символа и сделала его центральной эмблемой своей идентичности.
И здесь повторяется уже знакомый принцип. Лавей был исключительно талантлив не столько в создании абсолютно новых элементов, сколько в перекомбинации существующих символов в легко узнаваемую современную систему.
Сегодня значительная часть массовой аудитории воспринимает подобную пентаграмму как универсальный «знак сатанизма», хотя её современная популярность во многом связана именно с историей Church of Satan.
Раскол 1975 года и Храм Сета
Первый серьёзный внутренний кризис Church of Satan произошёл в середине 1970-х. В 1975 году организацию покинула группа членов во главе с Майклом Акино, который затем создал Temple of Set — Храм Сета.
Это был не просто личный конфликт. Он выявил фундаментальную проблему, заложенную внутри современного сатанизма: что именно означает Сатана?
Для Лавея и поздней ортодоксальной Church of Satan это прежде всего символ. Для Акино реальность сверхъестественного имела гораздо более серьёзное значение; его новая система постепенно оформилась вокруг представления о Сете как реальной метафизической сущности.
Так ранний сатанизм раскололся по одному из вопросов, который позднее будет постоянно появляться в подобных движениях: является ли Сатана символом или существом? Исследователи называют этот кризис одним из важнейших событий в истории ранней Church of Satan.
1980-е и «сатанинская паника»
Если 1960-е и 1970-е сделали сатанизм модным объектом культурного любопытства, то в 1980-е его образ резко изменился.
В США и ряде других стран распространились рассказы о тайных сетях сатанистов, которые якобы систематически похищали людей, проводили человеческие жертвоприношения, занимались ритуальным насилием над детьми и контролировали обширные подпольные организации. Эта эпоха получила название Satanic Panic — «сатанинская паника».
Обвинения иногда воспринимались серьёзно не только журналистами и религиозными активистами, но и полицейскими, социальными работниками и некоторыми психотерапевтами.
Позднейшие исследования этого явления не обнаружили доказательств существования описывавшейся общенациональной или международной сети сатанинского ритуального насилия. Историки религии рассматривают Satanic Panic прежде всего как масштабную моральную панику.
Это не означает, что преступлений людей, называвших себя сатанистами, никогда не происходило. Происходили — как преступления представителей практически любой другой идентичности. Но представление о централизованной тайной системе ритуальных преступлений оказалось совсем другим утверждением, и именно оно не подтвердилось.
Church of Satan при этом стала удобным визуальным символом страхов, с которыми сама организация не имела прямой связи. Созданная Лавеем театральная эстетика неожиданно начала работать против него.
Жертвоприношения, убийства и другие распространённые мифы
Особенно устойчив миф, будто доктрина Лавея требует принесения животных или людей в жертву. Это не соответствует официальным текстам Church of Satan.
Более того, среди правил Лавея присутствует прямой запрет причинять вред маленьким детям и убивать животных, если только речь не идёт о пище или защите от нападения.
Некоторые пассажи «Сатанинской библии» специально написаны провокационным языком и используют терминологию «человеческой жертвы», однако внутри системы она может иметь символическое или ритуальное значение, а не означать убийство человека на алтаре.
Это характерная проблема чтения Лавея. Он хотел шокировать читателя. Если из его текстов убрать всю театральность, получится неполная картина. Но если всю театральность понимать буквально — картина окажется ещё более неверной.
Лавей и Голливуд: где заканчивается история и начинается легенда
Медийный образ Лавея породил огромное количество историй о его связях со знаменитостями. Некоторые действительно имели под собой основания: например, его знакомство с актрисой Джейн Мэнсфилд документировано.
Но другие знаменитые истории оказались легендами. Особенно распространено утверждение, будто Лавей был техническим консультантом фильма Романа Полански «Ребёнок Розмари» и даже сыграл Сатану в одной из сцен. Авторитетные источники по истории фильма эту историю опровергают: достоверных подтверждений участия Лавея в создании картины нет.
Очень показательный пример. Лавей оказался настолько удачно вписан в культурный образ сатанизма конца 1960-х, что его стали задним числом помещать практически в любую подходящую историю. Публичный персонаж постепенно стал сильнее биографического человека.
Смерть Лавея и продолжение Церкви Сатаны
Антон Лавей умер в Сан-Франциско 29 октября 1997 года. Причиной смерти стал отёк лёгких.
Даже его смерть получила характерную мифологическую деталь: в документах некоторое время фигурировала дата Хэллоуина, 31 октября, хотя смерть произошла двумя днями раньше.
После Лавея управление организацией продолжилось. Серьёзную роль в сохранении его наследия сыграла Бланш Бартон, его многолетняя спутница и автор одной из наиболее известных биографий Лавея.
В 2001 году верховным жрецом Church of Satan стал Питер Х. Гилмор, а в 2002 году пост верховной жрицы перешёл к Пегги Надрамиа. По данным самой организации, они сохраняют эти должности и в 2026 году.
Центральная администрация после смерти Лавея переместилась из Калифорнии в Нью-Йорк. Сам знаменитый Black House в Сан-Франциско после смерти основателя сохранить не удалось: в 2001 году здание было снесено. Таким образом исчезло одно из главных материальных мест ранней истории движения.
Сколько людей состоит в Церкви Сатаны
Точного ответа нет. И это сознательная политика организации.
Church of Satan не публикует официальную численность членов. Поэтому встречающиеся в популярных статьях цифры следует воспринимать осторожно. Это важное правило при изучении сатанизма вообще: громкие оценки численности часто оказываются значительно менее надёжными, чем хотелось бы журналистам.
Организация существует международно, но не представляет собой церковь с привычной системой приходов и обязательных еженедельных богослужений. Акцент сделан на индивидуальном применении философии.
Это соответствует самой логике лавеевского сатанизма: организация должна объединять индивидуалистов, не превращая их в коллектив с единой повседневной жизнью.
Церковь Сатаны и «Сатанинский храм» — не одно и то же
Современная путаница особенно велика из-за существования The Satanic Temple — «Сатанинского храма». Это другая организация.
Church of Satan появилась в 1966 году и продолжает традицию Антона Лавея. The Satanic Temple возник только в 2013 году.
Обе организации являются нетеистическими, однако их философия, устройство и отношение к общественной деятельности заметно различаются. Church of Satan делает упор на индивидуализм и лавеевскую философию. The Satanic Temple гораздо активнее участвует в общественных кампаниях и судебных спорах и строит свою этику вокруг другого набора принципов.
Между двумя организациями существуют весьма острые идеологические разногласия. Поэтому сообщение в новостях о деятельности «сатанистов» далеко не автоматически относится к Church of Satan.
Насколько оригинальна «Сатанинская библия»
Это, пожалуй, один из самых интересных вопросов наследия Лавея.
Если измерять оригинальность количеством совершенно новых философских идей, «Сатанинская библия» оказывается очень зависимой от предыдущих авторов.
Но культурное значение книги заключается в другом. До Лавея Ницше не был сатанистом. Айн Рэнд не была сатанисткой. Менкен не создавал сатанинскую религию. Енохианская магия существовала столетиями независимо от Church of Satan. Образ Сатаны как мятежника существовал в литературе задолго до XX века.
Лавей собрал эти элементы и создал из них новую культурную конструкцию. Его настоящая инновация — синтез.
Он превратил литературного Сатану, радикальный индивидуализм, материализм, ритуальную магию, психологию, сексуальную революцию, шоу-бизнес и американское искусство саморекламы в узнаваемую религиозную систему. Это и объясняет долговечность его влияния.
Лавей как продукт американской культуры
При всей готической эстетике лавеевский сатанизм глубоко американский. В нём соединяются культ самостоятельного человека, недоверие к коллективу, коммерческая культура, шоу-бизнес, самоконструирование личности и почти предпринимательское отношение к созданию собственного образа.
Лавей одновременно выступает проповедником, шоуменом, писателем и брендом. Он использует механизм, знакомый американской массовой культуре: не ждать, когда общество даст тебе роль, а самостоятельно создать персонажа и сделать его узнаваемым. Только вместо ковбоя, кинозвезды или бизнес-гуру он создал Верховного жреца Сатаны.
Именно поэтому историк, изучающий Лавея исключительно как оккультиста, рискует упустить половину истории. Не менее важны история медиа и история американской контркультуры.
Был ли Лавей серьёзен
Вопрос кажется простым, но ответ на него сложнее, чем «да» или «нет».
Безусловно, Лавей пользовался юмором, иронией, мистификацией и театральностью. Безусловно, он понимал коммерческую ценность скандала. Безусловно, значительную часть собственной биографии он превратил в миф.
Но из этого не следует, что Church of Satan являлась исключительно шуткой. Лавей десятилетиями развивал собственную систему, писал книги, создавал ритуалы и поддерживал организацию. Его последователи действительно воспринимали и продолжают воспринимать эту философию всерьёз.
Более точная формула будет другой: у Лавея серьёзность и спектакль не противоречили друг другу. Спектакль был способом выражения серьёзных для него идей.
Почему учёные вообще называют это религией
Читатель может возразить: если нет Бога, сверхъестественного Сатаны и обязательной веры в загробную жизнь, почему это религия?
Современное религиоведение не определяет религию исключительно через веру в Бога. Существуют нетеистические религиозные традиции, ритуальные системы и формы религиозной идентичности, где личное божество не является необходимым элементом.
У Church of Satan существуют основатель, канонические тексты, символика, ритуальная система, этические положения, праздники, организационная структура и собственная интерпретация человека и мира.
Поэтому исследователи новых религиозных движений вполне могут анализировать лавеевский сатанизм как религиозное явление, даже если сама его метафизика остаётся материалистической.
Главный исторический парадокс Лавея
Вероятно, самое важное последствие деятельности Лавея состоит в том, что после него невозможно было говорить о сатанизме только как об обвинении.
До возникновения современного сатанизма слово преимущественно использовали другие: «они сатанисты». Лавей изменил конструкцию: «Я сатанист».
Это фундаментальный переход от приписанной идентичности к принятой. Именно этот момент особенно подчёркивается современными историками сатанизма.
После Лавея появились движения, которые спорили с ним, отвергали его атеизм, меняли его этику или вообще заявляли, что его версия сатанизма неправильна. Но сам факт этих споров показывает степень его влияния. Чтобы спорить с Лавеем, сначала пришлось признать созданную им категорию частью реального современного религиозного ландшафта.
Наследие Антона Лавея
Сегодня «Сатанинская библия» интересна не только тем, кто разделяет её философию. Она является важным документом культуры второй половины XX века.
Через неё можно изучать американскую контркультуру, сексуальную революцию, кризис традиционной религиозности, развитие новых религиозных движений, оккультный ренессанс, индивидуализм и превращение религии в элемент массовой культуры.
Лавея трудно назвать крупным систематическим философом в традиционном смысле слова. Его тексты эклектичны, провокационны и часто риторичны. Зато он оказался чрезвычайно эффективным создателем символов.
До него Сатана преимущественно принадлежал его противникам — церквям, богословам и авторам страшных рассказов о поклонниках Дьявола. Лавей сделал неожиданный ход: присвоил этот образ.
В его системе Сатана перестал быть врагом человека и превратился в символ определённой модели самого человека — земного, эгоистичного, телесного, гордого и не желающего оправдываться за свою природу.
Можно отвергать такую философию или находить в ней привлекательные элементы. Но исторически именно эта переинтерпретация оказалась одним из наиболее влиятельных событий в развитии современного сатанизма.
И поэтому самая важная история Лавея — не история человека, который убедил людей поклоняться Дьяволу. Скорее это история человека, который убедил часть людей в том, что для того, чтобы назвать себя сатанистом, никакого реального Дьявола вообще не требуется.
Источники и примечания
- Anton Szandor LaVey. The Satanic Bible. Avon Books, 1969. Основной первичный источник по философии Лавея; библиографические каталоги подтверждают нью-йоркское издание Avon 1969 года.
- Asbjørn Dyrendal, James R. Lewis, Jesper Aa. Petersen. The Invention of Satanism. Oxford University Press, 2015. Один из основных современных академических обзоров истории и социологии сатанизма. Отдельные главы посвящены Лавею, Church of Satan и подробному разбору четырёх частей The Satanic Bible.
- Ruben van Luijk. Children of Lucifer: The Origins of Modern Religious Satanism. Oxford University Press, 2016. Масштабное историческое исследование перехода от приписываемого «сатанизма» к современной самоидентификации; подробно разбираются Лавей, основание Church of Satan и кризис 1975 года.
- Per Faxneld, Jesper Aa. Petersen, eds. The Devil’s Party: Satanism in Modernity. Oxford University Press, 2012/2013. Академический сборник, включающий исследования ранних текстов Лавея, конструкции «Сатанинской библии», сатанинской идентичности и современной среды.
- Eugene V. Gallagher. «Sources, Sects, and Scripture: The Book of Satan in The Satanic Bible». В The Devil’s Party. Подробное исследование того, как Лавей использовал и перерабатывал предшествующие тексты, включая Might Is Right, и почему вопрос о «плагиате» сложнее простого сопоставления фрагментов.
- Jesper Aagaard Petersen, ed. Contemporary Religious Satanism: A Critical Anthology. Routledge, 2009. Полезный академический сборник о лавеевском наследии и более широком современном сатанинском движении.
- Massimo Introvigne. Satanism: A Social History. Brill, 2016. Большой исторический обзор сатанизма и антисатанинских представлений от раннего Нового времени до современной эпохи; отдельные разделы посвящены возникновению современного сатанизма и «сатанинской панике».
- Hugh B. Urban. Magia Sexualis: Sex, Magic, and Liberation in Modern Western Esotericism. University of California Press, 2006. В отдельной главе Лавей и Church of Satan рассматриваются в контексте сексуальной революции, оккультизма и массовой культуры 1960–1970-х годов.
- James R. Lewis. «Satanic Ritual Abuse». В The Oxford Handbook of New Religious Movements, 2nd ed. Oxford University Press, 2016. Академический обзор феномена Satanic Panic и представлений о тайных сетях сатанинского ритуального насилия.
- Joseph P. Laycock, Eric Harrelson. The Exorcist Effect: Horror, Religion, and Demonic Belief. Oxford University Press, 2023. Современное исследование связи массовой культуры, хоррора и сатанинской паники; отдельная глава посвящена Satanic Panic.
- Doug Brod. Born with a Tail: The Devilish Life and Wicked Times of Anton Szandor LaVey, Founder of the Church of Satan. Grand Central Publishing / Hachette, 2024. Одна из наиболее новых полноформатных биографий Лавея, основанная на интервью, переписке и архивных материалах и специально пытающаяся отделить документируемую биографию от созданных вокруг него легенд.
- KQED, «How the Church of Satan Was Born in San Francisco», 2023. Журналистский материал с местным архивным контекстом Сан-Франциско, включая происхождение Лавея и историю ранней Church of Satan.
- San Francisco Chronicle / Examiner, архивные материалы о Лавее. Особенно полезны для проверки биографии, истории с львом Тогаре и обстоятельств смерти основателя. Архивные публикации отмечают противоречивость рассказов самого Лавея о ранней карьере.
- Church of Satan — официальный архив и исторические материалы. Использовался как первичный источник для самопонимания организации: основание в 1966 году, атеистическое понимание Сатаны, Nine Satanic Statements, Eleven Satanic Rules, современная структура и руководство. Эти материалы следует читать именно как позицию самой организации, а не как независимую историографию.
- Turner Classic Movies, Rosemary’s Baby. Использован для проверки распространённой легенды об участии Лавея в фильме; здесь прямо указано, что история о его консультациях и исполнении роли Сатаны не соответствует действительности.
- Oxford Academic, Modern Religious Satanism: A Negotiation of Tensions. Полезен для понимания современного академического определения сатанизма как разнообразной среды, использующей Сатану в качестве символа оппозиционной идентичности и радикального индивидуализма.
- Oxford Academic, Satanic Attitudes. Подтверждает принципиально важное различие: классический лавеевский сатанизм является атеистическим и не предполагает веры ни в личного Бога, ни в личного Дьявола.
- The Satanic Temple — официальные исторические материалы; Oxford Academic, Satanism: A Reader. Использованы только для разграничения двух организаций: The Satanic Temple основан в 2013 году и организационно не является продолжением основанной Лавеем Church of Satan.
Примечания
- О написании фамилии. В русскоязычных текстах встречаются формы «Лавей», «ЛаВей» и «Ла Вей». В статье используется наиболее привычное русское написание Лавей.
- О настоящем имени. Современные источники обычно указывают имя при рождении Howard Stanton Levey. Часть ранней литературы о Лавее основывалась на созданной самим основателем биографии, поэтому сведения о его молодости следует проверять особенно тщательно.
- О «Сатанинской библии». Название не означает, что книга рассматривается лавеевскими сатанистами как откровение сверхъестественного Бога. Исследователи скорее говорят о приобретённом книгой каноническом или квазисвященном статусе внутри традиции.
- О Сатане. В современной официальной доктрине Church of Satan Сатана является символом, а сама философия прямо называется атеистической. Это необходимо отличать от теистического сатанизма, представители которого действительно могут считать Сатану или иные сущности объективно существующими.
- О магии. Термин у Лавея имеет специфическое значение. «Малая магия» тесно связана с психологией воздействия и самопрезентацией; «большая магия» — с ритуалом, концентрацией эмоций и психодрамой. Поэтому автоматически переводить лавеевский язык магии в буквальную веру в сверхъестественное некорректно.
- О заимствованиях. Переработка Might Is Right и использование енохианского материала не являются поздней интернет-теорией: источники The Satanic Bible подробно исследованы специалистами по новым религиозным движениям. Спор касается скорее интерпретации этих заимствований и степени авторской переработки.
- О Satanic Panic. Отсутствие доказательств огромной тайной сети сатанинского ритуального насилия не означает утверждения, будто никаких отдельных преступлений под сатанинской символикой никогда не происходило. Речь идёт именно о масштабной конспирологической модели, распространившейся в 1980–1990-е годы.
- О биографиях Лавея. The Secret Life of a Satanist Бланш Бартон исторически важна, поскольку отражает внутреннюю традицию Church of Satan, но как авторизованную биографию её желательно читать вместе с независимыми академическими исследованиями, местными архивами Сан-Франциско и более поздними биографиями.
- О «Ребёнке Розмари». Рассказ о том, что Лавей сыграл Сатану или консультировал Романа Полански, стал одной из самых стойких легенд о нём, однако источники по истории картины его не подтверждают.
- О численности Church of Satan. Организация принципиально не публикует точного количества участников, поэтому конкретные цифры без документированной методологии лучше не использовать.
- О современном руководстве. По состоянию на сентябрь 2026 года официальный сайт Church of Satan продолжает называть Питера Х. Гилмора верховным жрецом, Пегги Надрамиа — верховной жрицей; нынешняя структура сложилась после передачи руководства в 2001–2002 годах.
