Родинка на ухе — что говорят приметы

Ухо интересовало толкователей внешности задолго до того, как кто-то задумался о родинках на нём. Ещё в античном трактате, приписываемом Аристотелю, форма и размер уха разбирались как отдельный, самостоятельный признак характера. Разбираться в приметах о родинке на ухе стоит с этого различия: где заканчивается подлинная, многовековая традиция чтения ушей и начинается современное толкование конкретно родинки на них.

Отметина, которую замечают другие

В современных сводах родинку на ухе чаще всего связывают с остротой ума, чуткостью и способностью распознавать правду и ложь в словах собеседника — толкование, явно опирающееся на саму функцию уха как органа слуха. Встречаются и противоречащие друг другу версии: где-то такая отметина сулит уверенность в себе, где-то, напротив, склонность преувеличивать собственные достоинства. По левому уху нередко обещают удачу в браке и лёгкость в общении, по правому — связь с крупными деньгами, хотя и без гарантии, что богатство останется в руках обладателя. Самая устойчивая деталь среди разных источников — толкование родинки на мочке: почти везде её связывают с финансовым благополучием и умением копить. Родинку же за ухом чаще толкуют не в пользу человека — как знак переменчивого нрава, способного задеть окружающих, не желая того.

Это типичный современный жанр толкования примет, где один и тот же набор качеств — ум, деньги, удача, характер — просто перетасовывается между разными частями тела без общей системы. Ни один из таких сводов не указывает, откуда взялось конкретное толкование, а версии нередко прямо противоречат друг другу.

Ухо как предмет древней науки

А вот интерес к самому уху, безотносительно родинок, имеет куда более солидную родословную. Уже в античном трактате по физиогномике, приписываемом Аристотелю, встречается прямое суждение: уши среднего размера — признак наилучшего характера, тогда как крупные, оттопыренные уши выдают человека пустого и болтливого. Трактат греческого автора Полемона Лаодикийского, работавшего во втором веке, продолжил эту традицию, и она пережила настоящее путешествие через века и культуры — через греческие и латинские переводы дошла до средневекового арабского мира, где вошла в медицинский канон вместе с трудами Авиценны. Турецкий трактат позднего Средневековья «Марифетнаме» отдельно разбирал уши, глаза, нос и родинки как самостоятельные диагностические зоны лица — примечательно, что даже там форма уха и родинки на нём разбирались раздельно, как два разных предмета, а не единая система.

Античный трактат, приписываемый Аристотелю, гласит: уши среднего размера — признак наилучшего характера, тогда как чрезмерно большие и оттопыренные выдают склонность к пустой болтливости.

Позднейшая европейская физиогномика — от трактата Джамбаттисты делла Порты тысяча пятьсот восемьдесят шестого года до «Физиогномических фрагментов» швейцарского пастора Иоганна Каспара Лафатера — строилась в основном вокруг лба, глаз и общего профиля лица. Ухо в этой традиции осталось признаком второстепенным, и самостоятельного разбора, сопоставимого с античным, оно уже не получило.

Уши, почки и наследство предков

Самая богатая традиция чтения ушей сложилась не в Европе, а в Китае. В искусстве чтения лица, известном как мианьсян, уши традиционно связывают с работой почек и с особой субстанцией, которую традиционная китайская медицина считает унаследованной от родителей ещё до рождения, — она определяет врождённую конституцию человека, его развитие в раннем детстве и, по поверью, общую продолжительность жизни. Крупные, мясистые уши с массивной мочкой в этой традиции читаются как знак долголетия, мудрости и прочного благополучия — недаром именно с такими ушами принято изображать китайского бога долголетия. Похожая иконография больших мочек встречается и в изображениях Будды, хотя здесь символика восходит уже к другой, индийской традиции, связанной с царским происхождением, а не напрямую к китайской мианьсян.

Здесь стоит сделать честную оговорку: сама форма и размер уха — действительно центральная, многократно задокументированная тема этой восточной традиции. А вот отдельного, устойчиво зафиксированного толкования родинки на ухе внутри классических текстов мианьсян обнаружить не удаётся — родинки в этой системе разбираются как самостоятельный, обширный раздел, где расположение на теле имеет значение, но ухо в нём не выделяется как особенно значимая точка.

Не путать с современной диагностикой по уху

Отдельного упоминания заслуживает распространённое заблуждение о так называемой аурикулярной диагностике — представлении об ухе как о карте всего тела, где определённые точки соответствуют внутренним органам. Вопреки расхожему мнению, это не древняя восточная практика, а разработка двадцатого века: французский невролог Поль Ножье описал эту систему только в тысяча девятьсот пятьдесят седьмом году. Самое любопытное — направление, в котором она расходилась: уже через год карту Ножье привезли в Китай, и именно оттуда начала развиваться тамошняя аурикулотерапия. То есть заимствование шло с Запада на Восток, а не наоборот, как принято думать. Смешивать эту современную систему с многовековой традицией мианьсян или тем более с толкованием родинок было бы ошибкой — перед нами три разных, не связанных напрямую явления.

А что в русской традиции

Здесь честность требует признать пробел: в текстах Владимира Даля и Александра Афанасьева отдельной приметы о родинке на ухе найти не удаётся. Это не значит, что подобной записи не существует нигде в архивах, но устойчивой, легко проверяемой фиксации в классических сводах русского фольклора девятнадцатого века нет — и приписывать современным толкованиям народную древность было бы нечестно.

Медицинская сторона вопроса

У ушной раковины сложный, изрезанный рельеф — завитки, углубления, скрытая от глаз задняя поверхность, — из-за чего родинки здесь легко упустить при обычном самоосмотре. Дерматологи советуют пользоваться зеркалом или просить кого-то из близких осмотреть эту зону целиком, включая верх уха и место за ним. Есть и второй значимый фактор: наружное ухо получает немало солнечного излучения, особенно у мужчин с короткой стрижкой, не прикрывающей эту зону волосами, — поэтому изменившаяся родинка на ухе заслуживает не меньшего внимания, чем на любом открытом участке кожи. Поводом обратиться к врачу остаются те же признаки, что и везде: асимметрия, неровный край, смена цвета, рост или кровоточивость.