Дини ши — боги, ушедшие под холмы

Ирландский крестьянин конца девятнадцатого века, рассказывая о дини ши, вряд ли имел в виду отдельный вид существ, отличный от прочих фейри. Уильям Батлер Йейтс, собирая ирландские народные сказки для антологии, вышедшей в 1888 году, поясняет прямо: «дини ши» — это просто ирландское словосочетание, означающее «народ фейри», один из нескольких эвфемизмов, которыми говорящие по-ирландски избегали называть волшебный народ впрямую. Это не отдельная порода волшебных существ и не какое-то особое воинское сословие — перед нами скорее общее, собирательное имя, под которым скрывается целая знать потустороннего мира.

Слово, обозначающее не вид, а достоинство

Американский специалист по кельтской мифологии Джеймс Маккиллоп в «Словаре кельтской мифологии» определяет «дини ши» именно так: один из нескольких эвфемизмов для фейри, распространённых в современном ирландском и шотландском гэльском фольклоре. Важно понимать, чему противопоставлен этот термин внутри самой ирландской системы поверий. Британская исследовательница фольклора Кэтрин Бриггз в своей энциклопедии делит фейри на два больших разряда: «процессионных», шествующих торжественными группами, устраивающих пиршества, охоты и музыкальные вечера, — и «одиночных», действующих поодиночке, часто в роли ремесленников или мелких проказников вроде лепрекона. Дини ши относятся к первому, процессионному, аристократическому разряду — отсюда и путаница, из-за которой их иногда называют «рыцарями»: некоторое сходство с придворной, торжественной жизнью действительно есть, но никакого военного сословия с кодексом чести и турнирами в этом образе нет.

Йейтс приводит ирландское «слуа ши» — так называют сам волшебный народ, и слово это переводится как «рать» или «воинство»; рядом у него стоит «маркра ши», конная кавалькада. Но военная организация здесь метафорична: она описывает торжественность и многолюдность шествий волшебного народа, а не боевую иерархию с вассальной присягой, знакомую по европейскому феодализму. Дини ши — не рыцарский орден, а знать, придворная аристократия иного мира, чей быт складывается из пиров и церемоний, а не из военных походов.

От богов к историческому народу, от народа — к фольклору

Куда интереснее и сложнее вопрос о происхождении дини ши от Туата Де Дананн — легендарного народа богини Дану, побеждённого сыновьями Миля и, по преданию, удалившегося жить под землю, в холмы-сиды. Средневековый ирландский свод «Книга захватов Ирландии» рассказывает эту историю как часть последовательной хроники завоеваний острова разными племенами, размещая богов внутри исторической, а не мифологической канвы повествования.

Ирландский филолог Джон Кэри в исследовании о крещении богов показал, что за этим сюжетом стоит не случайность, а осознанный литературный приём средневековых христианских книжников: ирландские хронисты нашли для языческих богов место, редкое по тем временам: вместо однозначной демонизации они представили их древним, чрезвычайно долго живущим народом — существами, стоящими между ангелами и людьми. Оговорюсь, что этим дело не ограничивалось: в тех же текстах соседствуют объяснения через падших ангелов и через ангелов нейтральных, не вставших в небесной распре ни на чью сторону и осуждённых жить на земле. Из богов Туата Де Дананн литературно превратились в исторических королей, а уже эти короли со временем измельчали в народном воображении до тех самых сидов, что упоминает Йейтс, приводя мнение ирландских антикваров: перестав получать жертвоприношения и почитание, боги «сжались» до роста в несколько пядей и стали фейри.

Называть дини ши «потомками» Туата Де Дананн в строго родословном смысле, как если бы речь шла о генеалогии из отца в сына, — упрощение. Точнее говорить о литературной и фольклорной трансформации одного и того же комплекса персонажей: боги дохристианской Ирландии сначала были историзированы средневековыми книжниками, а затем, уже в устной крестьянской традиции, превратились в фольклорных фейри-аристократов. Дини ши не порождают фейри как биологический вид — они сами и есть фейри, просто в своей самой знатной, самой близкой к древним богам ипостаси.

Как их называли, чтобы не называть

Имя «дини ши» — само по себе обиняк. Называть этот народ прямо избегали: считалось, что прямое обращение привлекает внимание, а внимание их опасно. Отсюда целый ряд замен: «добрый народ», «знатный народ», «благие соседи», «славный народ» — или просто «они», без всякого уточнения.

Из той же осторожности выросла и путаница в терминах. Современное ирландское написание — «аос ши», в англоязычной же фольклористике девятнадцатого и двадцатого веков закрепилось «дини ши»; речь об одном и том же народе. Сюда же относится и баньши: «бен ши» буквально значит «женщина из сида», то есть она не отдельная порода существ, а обитательница того же холма.

Попутно стоит снять один расхожий перевод. «Народ мира» или «мирный народ» — красиво, но неверно: это следствие созвучия двух разных слов, о котором ниже.

Холм, который значит два разных слова разом

Само слово «сид» несёт в себе занятную лингвистическую двусмысленность, отмеченную специалистами по древнеирландскому языку: помимо значения «волшебный холм, курган», в языке существует омонимичное слово со значением «мир, покой»; оба восходят к древнему индоевропейскому корню со значением «сидеть», от которого пошёл и латинский глагол «седере». Это не просто игра слов для современного читателя: в раннесредневековых текстах сид одновременно означает и конкретное возвышение в ландшафте — часто настоящий археологический памятник вроде Ньюгрейнджа, насыпанного в неолите, за три тысячи лет до нашей эры, то есть раньше и Стоунхенджа, и египетских пирамид, — и потусторонний, безмятежный мир, куда удалился побеждённый народ богов.

Такое наложение смыслов помогает понять, почему сами холмы в ирландском пейзаже воспринимались не просто как жилища духов, а как двери в отдельную реальность, где царит покой, недостижимый по эту сторону границы. Дини ши в этом смысле не просто «живут в холмах» — они принадлежат целому смысловому пласту, где холм, мир иной и состояние покоя оказываются, по сути, одним и тем же понятием, выраженным одним и тем же древним словом.

Аристократия, которую легко перепутать с рыцарством

Соблазн назвать дини ши рыцарями понятен и объясним: у них есть предводители, торжественные шествия, пиршества и охоты — весь антураж придворной жизни, знакомый по европейским представлениям о знати. Но рыцарство как институт подразумевает вполне конкретные вещи, которых в ирландском фольклоре о сидах попросту нет: воинскую присягу сюзерену, кодекс чести, турниры, специфическую военную функцию защиты определённой территории силой оружия. Дини ши ближе к древней, полузабытой родовой знати, чем к средневековому воинскому сословию, — это скорее уцелевшие боги в отставке, чем рыцари на службе.

Путаница в терминах, впрочем, по-своему показательна: она говорит о том, как современная культура, столкнувшись с чужой и не до конца понятной системой представлений о потустороннем мире, инстинктивно тянется к более знакомым, европейским по духу образам — рыцарству, дворянству, феодальной иерархии — вместо того чтобы принять ирландскую традицию на её собственных условиях. Дини ши не нуждаются в рыцарских доспехах, чтобы оставаться внушительными: им вполне достаточно быть тем, чем они и были изначально, — угасающей памятью о богах, которых когда-то боялись и почитали, а теперь просто исправно приглашают на порог дома в народных сказках.