Гадание Илия: что это и откуда

Среди множества гаданий, кочующих сегодня по интернету, «гадание Илия» выделяется своей простотой: нужно вытянуть номер и найти по нему готовый ответ в списке. Кажется, что за этим стоит долгая традиция, но у самого этого гадания нет ни одной подтверждённой даты, автора или печатного издания.

Как устроено гадание

Участники заранее пишут на отдельных листочках бумаги подряд идущие номера, сворачивают их и складывают в шапку или сосуд. По традиции гадание проводят в компании: перед тем как тянуть жребий, трижды призывают святого Илию, соблюдая ряд условных запретов — не смеяться, не шуметь, не покидать комнату до конца обряда. Затем вслепую вытягивают один или несколько листочков с номерами и сверяют их со справочником готовых ответов, обычно оформленных в виде коротких стихотворных или полустихотворных фраз.

Здесь сразу обнаруживается первая странность: даже базовые параметры гадания расходятся от источника к источнику. Одни версии называют сто тридцать пронумерованных ответов, другие — сто двадцать пять. Единого канонического текста, к которому можно было бы вернуться как к оригиналу, не существует — это верный признак того, что перед нами не устоявшаяся историческая традиция, а поздний, размытый в передаче фольклорный текст.

Показательно и то, что советуют относительно даты проведения гадания: чаще всего рекомендуют Святки или сам Ильин день, но эта рекомендация касается только выбора удобного момента, а не входит в саму расчётную механику обряда. В отличие от подлинных календарных гаданий, где дата определяет саму суть обряда — как, например, в гадании на святочный вечер, где важно, какая именно ночь на дворе, — здесь дата остаётся необязательным украшением, которое можно взять или отбросить без ущерба для самой процедуры.

Откуда взялось название

Название дано в честь ветхозаветного пророка Илии, которому приписывали особый дар предвидения. Дальше этого простого объяснения содержательная связь не идёт: ни структура гадания, ни характер вопросов, ни сам обряд с культом пророка Илии не связаны. Единственная нить, соединяющая гадание с его небесным покровителем, — имя в названии, не более того.

Что известно о происхождении

У этого гадания нет ни проверяемой даты, ни печатного издания, ни имени автора. Формулировки везде расплывчаты: «старинное гадание», «известно нашим предкам более тысячи лет» — подобные фразы встречаются в изобилии, но ни разу не подкреплены отсылкой к конкретному источнику. Одна из версий даже утверждает, что гадание пришло из Китая, — эта версия противоречит остальным и никак не аргументирована.

Задокументированной истории происхождения у «гадания Илия» нет. Это, судя по всему, современный фольклорный текст, компилирующий гораздо более старую и хорошо изученную жанровую форму — числовой оракул с готовыми ответами — и получивший имя по христианскому пророку, без содержательной связи с ним.

Илья-пророк в народном календаре

Если оставить в стороне само гадание, образ Ильи-пророка в русской народной традиции хорошо изучен и интересен сам по себе. Ильин день отмечается второго августа по новому стилю. В народных представлениях пророк разъезжает по небу на огненной колеснице, запряжённой огненными конями, производя гром и молнии, — его считали повелителем гроз и дождя. С этим днём связана устойчивая примета: «До Ильина дня купайся, а после не смей» — считалось, что вода после этой даты остывает и купальный сезон заканчивается. Ильин день в народном сознании служил сезонным рубежом между летом и осенью, после которого учащались грозы перед сбором урожая.

Существует и научная гипотеза о более глубоких корнях этого образа. Лингвисты Вячеслав Иванов и Владимир Топоров в работе «Исследования в области славянских древностей» реконструировали общий индоевропейский миф о боге-громовержце, преследующем змеевидного демона. Применительно конкретно к Илье-пророку эту линию развивает историк Владимир Петрухин в работе «Илья-пророк и Перун: книжный вариант «основного мифа» славянской мифологии»: он показывает, что атрибуты библейского Илии — прежде всего огненная колесница — хорошо легли на уже существовавший у восточных славян образ громовержца, из-за чего после крещения Руси культ Ильи-пророка мог отчасти принять на себя черты вытесненного языческого Перуна. Это научная гипотеза, а не окончательно доказанный факт.

Традиция называть гадательные книги библейскими именами

Практика давать гадательному тексту библейское или похожее на библейское имя — не изобретение современного интернета, а давняя черта русской гадательной литературы. Самый известный пример — «Мартын Задека», имя вымышленного провидца из книги предсказаний, изданной на немецком языке в Базеле в тысяча семьсот семидесятом году. В России под этим именем в тысяча восемьсот четырнадцатом году вышел «Древний и новый всегдашний гадательный оракул, найденный после смерти одного стошестилетнего старца Мартына Задеки» — издание в трёх книгах, включавшее сонник, гадание по картам, по кофейной гуще, хиромантию и другие разделы. Книга была настолько популярна, что имя Мартына Задеки стало в России нарицательным для гадательных книг вообще — его трижды упоминает Пушкин в «Евгении Онегине», а Татьяна Ларина держит такую книгу под подушкой.

Похожая история — с «Гаданием царя Соломона»: ещё одной массово распространённой в девятнадцатом веке гадательной системой с библейским именем в названии, существовавшей в диапазоне от изданий для образованной публики до дешёвых лубочных книжек. На этом фоне «гадание Илия» выглядит не уникальным явлением, а очередным звеном давней жанровой традиции — только, судя по всему, гораздо более поздним, современным.

Число как посредник между вопросом и ответом

Есть смысл остановиться и на самой логике числового гадания — почему именно случайное число, а не, скажем, карта или символ, оказалось столь удобным инструментом для подобных текстов. Число легко тиражировать и запоминать, оно не требует иллюстраций или сложной символики, а главное — оно совершенно нейтрально: число пять или сорок два сама по себе не несёт никакого заранее заданного смысла, в отличие от изображения, скажем, короля или богини. Именно эта пустота, эта смысловая нейтральность числа и делает его идеальным посредником между случайностью выбора и заранее заготовленным текстом ответа: число служит просто указателем, ключом к нужной строке таблицы, не отвлекая внимания читателя на собственную символику.

Числовой оракул как древний жанр

Сама форма гадания — список пронумерованных готовых ответов, выбираемых случайным образом, — восходит к куда более древнему и хорошо изученному жанру. Ещё во втором веке нашей эры в античном мире был распространён числовой оракул «Жребии Астрампсиха»: девяносто два заранее сформулированных вопроса, пронумерованных от двенадцати до ста трёх, и сто три набора по десять готовых ответов каждый. Спрашивающий выбирал подходящий вопрос из списка, интуитивно называл число, числа складывались, и по итоговой сумме находили нужный набор ответов. Текст дошёл до нас в папирусных фрагментах третьего-шестого веков и в византийских рукописях четырнадцатого-шестнадцатого веков; в поздних версиях языческие имена заменили именами христианских святых, а некоторые вопросы адаптировали под новый культурный контекст.

Более широкий класс подобных текстов — средневековые «книги жребиев», процветавшие в Европе в Средние века и раннее Новое время: набор заранее сформулированных вопросов с пронумерованными ответами-оракулами, для выбора использовались игральные кости или вращающиеся диски. «Гадание Илия» по своей структуре — пронумерованный список готовых ответов и случайный выбор номера — прямое продолжение этой древней и устойчивой формы, даже если конкретный русскоязычный текст под этим названием сложился совсем недавно.

Почему такие гадания в принципе кажутся точными

Стоит сказать несколько слов о том, почему подобные тексты с готовыми, обезличенными ответами вообще работают на читателя психологически. Расплывчатые, годящиеся почти для любого случая формулировки — вроде тех, что встречаются в пронумерованных списках ответов, — воспринимаются человеком как удивительно точные именно потому, что он сам подставляет в них детали собственной жизни. Это хорошо изученный психологами эффект, получивший имя по фамилии американского шоумена Финеаса Барнума, чьё шоу было устроено так, чтобы «на каждый вкус нашлось что-то». Чем меньше конкретики в тексте, тем легче читателю увидеть в нём точное описание своей ситуации — и чем случайнее выбор номера, тем сильнее ощущение, будто ответ выбрала сама судьба, а не механика жребия.

Что означает сам жанр анонимного интернет-гадания

«Гадание Илия» интересно ещё и как показательный пример того, как устроен современный низовой, анонимный фольклор в цифровую эпоху. У дореволюционных гадательных книг были конкретные типографии, годы издания, а нередко и указанные на обложке составители — пусть и вымышленные, как Мартын Задека. У современных гаданий, распространяющихся через десятки копирующих друг друга сайтов, чаще всего нет ни того ни другого: текст расходится по сети, обрастает противоречащими друг другу версиями числа ответов, теряет всякую память о первоначальном источнике и в итоге превращается в анонимный общий текст, которым пользуются, не задумываясь об авторстве, — примерно так же, как когда-то расходились по деревням устные приметы и поверья, только теперь носителем служит не человеческая память, а копирование веб-страниц.

Итог

За «гаданием Илия» не стоит ни одной подтверждённой даты или автора — его происхождение попросту не задокументировано. Зато у него есть понятный культурный контекст: устойчивая русская традиция называть гадательные тексты библейскими именами и ещё более древняя, восходящая к позднеантичному миру форма числового оракула с готовыми пронумерованными ответами. Само же имя пророка Илии, судя по всему, добавлено к гаданию без содержательной связи с его подлинным образом в народном календаре.