Кто такой Бальтазар — демон, волхв, лжепапа, магистр ордена или царь

Имя Бальтазар словно специально создано для исторической загадки. Его можно встретить в рождественских сценах поклонения младенцу Христу, в Книге Даниила рядом со знаменитой надписью на стене, в истории Великого западного раскола, в документах рыцарского ордена и даже в старых книгах о демонах. Если собрать результаты поверхностного поиска, получается почти фантастическая биография: восточный мудрец становится царём, затем демоном, позже папой и, наконец, магистром ордена.

В действительности никакой единой биографии Бальтазара не существует. Под сходными именами Balthasar, Balthazar, Baltasar, Baltassar и Baldassare скрываются разные люди и персонажи, принадлежавшие к разным эпохам. Некоторые из них исторически достоверны, другие известны из библейского повествования или христианской традиции, а демонический Бальтазар во многом обязан своим существованием путанице имён и современной массовой культуре.

Чтобы понять, кто же такой Бальтазар, необходимо начать не с демонов и не с волхвов, а с самого имени.

Имя Бальтазар: путь из древнего Вавилона в средневековую Европу

В основе имени лежит древневавилонская традиция. С именем Bēl-šarra-uṣur связывают значение «Бел, защити царя» или «Да защитит Бел царя». Бел — титул одного из главных вавилонских божеств, прежде всего Мардука. Через древнееврейские, греческие и латинские тексты первоначальная форма значительно менялась.

Особенно важно, что греческая форма Baltasar применялась в библейской традиции к Валтасару, правителю из Книги Даниила. Более того, похожим образом передавалось и вавилонское имя самого Даниила — Белтешаццар. В европейской латинской традиции появляются формы Baltassar и Balthasar, а в итальянской — Baldassare.

Позднее имя Balthasar было присвоено одному из евангельских волхвов. Таким образом, уже внутри христианской книжной культуры одно и то же или почти одинаковое имя оказалось связано с совершенно разными персонажами. Русский язык частично скрывает эту связь: в переводах Ветхого Завета мы обычно встречаем форму Валтасар, тогда как рождественского волхва называем Бальтазаром. В западноевропейских языках сходство заметнее.

Именно эта языковая история объясняет значительную часть последующей путаницы.

Бальтазар-волхв: самый известный носитель имени

Сегодня, если имя Бальтазар встречается без дополнительных пояснений в контексте христианства, Рождества или искусства, чаще всего имеется в виду один из трёх волхвов — Каспар, Мельхиор и Бальтазар.

Однако здесь возникает первая неожиданность: в Евангелии от Матфея Бальтазара нет.

Вторая глава Евангелия от Матфея рассказывает о загадочных magoi, пришедших «с востока» в Иерусалим после рождения Иисуса. Они спрашивают, где находится родившийся «Царь Иудейский», поскольку видели его звезду. Затем находят ребёнка с Марией, поклоняются ему и приносят золото, ладан и смирну.

Евангелие не сообщает ни имён этих людей, ни их точного числа. Оно также прямо не называет их царями.

В некоторых восточнохристианских текстах называлось даже двенадцать мудрецов. Царское достоинство волхвов также появилось не сразу: исследователи истории христианства отмечают, что представление о них как о царях стало устойчивым примерно к началу VI века.

Происходило и другое изменение. Слово magoi исторически могло относиться к восточным жрецам, мудрецам, толкователям знамений и людям, занимавшимся наблюдением за небом. Поэтому переводить евангельских волхвов просто как «магов» в современном смысле — колдунов или оккультистов — было бы неточно. В христианской традиции они прежде всего становятся мудрецами, которые по знамению приходят поклониться Христу.

На Западе постепенно утвердились три имени: Каспар, Мельхиор и Бальтазар, хотя варианты написания и альтернативные наборы имён существовали ещё долго.

Как Средневековье создало знакомого нам Бальтазара

Огромное значение в закреплении образа трёх царей имела средневековая литература. В XIII веке Иаков Ворагинский включил историю волхвов в знаменитую «Золотую легенду» — один из самых влиятельных сборников христианских преданий средневековой Европы.

В рассказе о Богоявлении уже перечисляются три латинских имени — Jaspar, Melchior и Balthasar. Любопытно, что автор одновременно приводит другие варианты их имён, которые якобы употреблялись на еврейском и греческом языках. Это хороший пример того, как средневековый автор воспринимал историю волхвов: евангельский рассказ служил основой, а столетия легенд постепенно заполняли оставленные Евангелием пробелы.

К позднему Средневековью биографии трёх царей становятся всё подробнее. Им приписывают собственные страны, возраст, внешность, дальнейшую жизнь и даже историю их мощей. Очень показательно сочинение Иоанна Хильдесхаймского «История трёх царей», созданное в XIV столетии. Это уже не краткий евангельский эпизод, а настоящий легендарный цикл о Мельхиоре, Бальтазаре и Каспаре.

Историк должен проводить здесь чёткую границу. Евангелие является древним источником рассказа о волхвах, тогда как их имена и развёрнутые биографии принадлежат более поздней христианской традиции.

Это не делает средневековые легенды неинтересными — напротив, они чрезвычайно важны для истории европейской культуры. Но использовать их как прямое свидетельство о людях I века нельзя.

Почему Бальтазар стал африканским царём

У средневекового Бальтазара появилась ещё одна чрезвычайно интересная характеристика. В западноевропейском искусстве он постепенно превращается в представителя Африки, а затем изображается чернокожим царём.

Идея соотнести трёх волхвов с тремя частями известного европейцам мира — Европой, Азией и Африкой — развивалась на протяжении столетий. Такая символика позволяла представить поклонение Христу как признание его всеми народами мира.

Однако ранняя идея «один из волхвов представляет Африку» и привычный нам образ именно чернокожего Бальтазара — не совсем одно и то же. Исследования искусства показывают, что отчётливое изображение Бальтазара как чернокожего африканского царя получает особенное распространение гораздо позднее, в искусстве позднего Средневековья и Возрождения.

Этому вопросу посвящена современная научная книга Музея Гетти «Balthazar: A Black African King in Medieval and Renaissance Art». Авторы прослеживают, как на формирование образа влияли не только богословские представления, но и реальные контакты Европы с Африкой — торговля, дипломатические миссии, присутствие африканцев при европейских дворах, а позднее и трагическая история работорговли.

Поэтому знаменитый образ молодого чернокожего Бальтазара с драгоценным сосудом в руках — это прежде всего произведение европейской религиозной и художественной культуры. Евангелие ничего не говорит ни о его имени, ни о цвете кожи, ни о стране происхождения.

Другой Бальтазар: вавилонский царь и надпись на стене

Теперь перенесёмся примерно на шесть столетий раньше предполагаемого времени евангельских событий — в Вавилон VI века до нашей эры. Здесь возникает второй знаменитый Бальтазар, которого в русской библейской традиции принято называть Валтасаром.

Его история содержится в пятой главе Книги Даниила.

Валтасар устраивает огромный пир для знати. Во время празднества он приказывает принести золотые и серебряные сосуды, некогда вывезенные Навуходоносором из Иерусалимского храма. Царь и его гости пьют из священных сосудов и прославляют языческих богов.

И тогда появляется один из наиболее знаменитых образов Библии: человеческая рука пишет на стене дворца загадочные слова — MENE, TEKEL, PERES.

Вавилонские мудрецы не могут объяснить надпись. Вызывают Даниила. Он истолковывает её как приговор царству: дни власти Валтасара сочтены, сам он «взвешен» и найден недостаточным, а его государство будет разделено и передано мидянам и персам.

По рассказу Книги Даниила, той же ночью Валтасар погибает.

Эта сцена оказалась необычайно влиятельной. Отсюда происходит вошедший в европейскую культуру образ «надписи на стене» как зловещего предупреждения о близкой катастрофе. Пир Валтасара неоднократно изображали художники, поэты и композиторы.

Но именно с этим персонажем связан интересный конфликт между библейским повествованием и историческими источниками.

Был ли Валтасар на самом деле царём Вавилона

Долгое время сведения о последних правителях Нововавилонского царства вызывали многочисленные споры. Сегодня клинописные документы позволяют значительно точнее восстановить положение Валтасара.

Историческим лицом был Бэл-шар-уцур. Но он являлся не сыном Навуходоносора и не официальным последним царём Вавилона. Его отцом был Набонид — последний царь Нововавилонского государства.

Это подтверждается не только поздними историческими реконструкциями. В коллекции Британского музея находится глиняный цилиндр Набонида VI века до нашей эры, в надписи которого упоминается молитва за самого Набонида и за Валтасара, его сына.

Набонид в течение длительного времени отсутствовал в Вавилоне, находясь в Аравии. В этот период Валтасар занимал исключительно высокое положение и фактически управлял государственными делами в Вавилоне как наследный принц и регент.

Поэтому на вопрос «был ли Бальтазар царём?» нельзя дать совершенно простой ответ. В Книге Даниила он именуется царём. В исторической терминологии точнее называть его сыном Набонида, наследным принцем и регентом, который обладал значительной царской властью во время отсутствия отца.

Эта разница важна. Старые европейские энциклопедии и демонологические словари нередко вслед за библейской традицией называют Balthazar «последним царём Вавилона». Современная ассириология позволяет описать ситуацию точнее.

Одной из классических работ, посвящённых этой проблеме, стала книга ассириолога Реймонда Филипа Догерти «Nabonidus and Belshazzar», вышедшая в Yale University Press в 1929 году. Ещё важнее то, что сегодня исследователь может сопоставлять литературные тексты непосредственно с клинописными документами.

Волхв Бальтазар и царь Валтасар — один ли это человек

Нет. Их разделяют столетия, совершенно разные повествования и разные культурные функции. Но путаница возникла не случайно.

В греческих библейских текстах форма Baltasar использовалась для передачи имени Валтасара. Позднее почти такая же форма стала западным именем одного из волхвов. Поэтому средневековый читатель действительно мог встретить Balthasar и в ветхозаветном рассказе о падении Вавилона, и в рождественской истории о трёх царях.

Современная русская традиция развела формы «Валтасар» и «Бальтазар», а во многих западных языках граница между ними менее заметна.

Это хороший пример того, как перевод способен создать впечатление двух совершенно разных имён там, где история текста показывает тесное языковое родство.

Был ли Бальтазар демоном

Это самая спорная и одновременно самая любопытная версия.

В интернете можно встретить утверждения, будто Бальтазар — древний демон, высокопоставленный дух ада или персонаж классических гримуаров. Однако при обращении к известным старым демонологическим справочникам обнаруживается совсем другая картина.

Особенно показательна книга французского писателя Жака Коллена де Планси Dictionnaire infernal — «Инфернальный словарь». Это один из самых известных европейских сборников XIX века, посвящённых демонам, магии, суевериям, колдовству и связанным с ними легендам.

В шестом издании 1863 года действительно имеется статья Balthazar. Но Бальтазар там — не демон.

Коллен де Планси рассказывает под этим именем о последнем царе Вавилона, его пире, священных сосудах Иерусалимского храма и появившейся на стене надписи. Иными словами, перед нами всё тот же Валтасар из Книги Даниила.

А непосредственно рядом находится другая статья — Baltazo. И вот Baltazo действительно назван демоном, связанным со знаменитой в XVI веке историей предполагаемой одержимости Николь Обри в Лане во Франции.

Сходство имён почти идеальное для последующей ошибки, а в алфавитном словаре они стоят буквально рядом.

При этом сам рассказ о Николь Обри следует рассматривать как источник по истории религиозных верований, демонологии и конфессиональной полемики XVI–XIX веков, а не как доказательство объективного существования демонов. В сообщениях того времени утверждалось, что девушку мучили многочисленные злые духи, среди которых назывались Вельзевул, Астарот и Baltazo. Историк может исследовать распространение и общественную роль этой истории, но не обязан принимать её сверхъестественные объяснения как установленный факт.

Поэтому утверждение «Бальтазар — демон из старинной демонологии» нуждается как минимум в очень серьёзной оговорке. В одном из наиболее известных демонологических словарей XIX века наблюдается как раз обратное: Balthazar и Baltazo являются разными персонажами.

Откуда тогда взялся современный демон Бальтазар

Помимо сходства Balthazar и Baltazo, на современное представление сильно влияет массовая культура.

Например, в фильме «Константин: Повелитель тьмы» 2005 года присутствует персонаж Balthazar, которого играет Гэвин Россдэйл. Это демоническое существо, противостоящее Джону Константину. Для зрителя, познакомившегося с именем через фильм, связь «Бальтазар — демон» выглядит естественной.

Но это уже художественный персонаж XXI века, а не доказательство существования одноимённого демона в средневековой или ранненововременной демонологической системе.

Подобный механизм встречается постоянно. Авторы фэнтези и фильмов ужасов берут древние, библейские или экзотически звучащие имена, помещают их в новый контекст, после чего популярная культура начинает восприниматься как старинная мифология.

В случае Бальтазара произошло особенно удачное для мифотворчества совпадение: существует древнее библейское имя, существует демон Baltazo, существует огромная литература о демонах — и существует современный художественный Бальтазар-демон. Соединить всё это в одну «древнюю легенду» очень легко.

Источники, однако, такого объединения не подтверждают.

Бальдассаре Косса: Бальтазар, ставший Иоанном XXIII

Следующий Бальтазар уже не легендарный и не библейский персонаж, а реальная историческая фигура.

Его звали Бальдассаре Косса — Baldassare Cossa. Он жил на рубеже XIV–XV веков и вошёл в историю Католической церкви под именем Иоанна XXIII. Точнее — антипапы Иоанна XXIII.

Для понимания его истории нужно представить ситуацию Великого западного раскола. С 1378 года западное христианство оказалось разделено между конкурирующими претендентами на папский престол. Одни европейские государства признавали папу в Риме, другие — авиньонского понтифика.

В 1409 году собравшийся в Пизе собор попытался разрешить конфликт, объявив прежних претендентов низложенными и избрав нового папу — Александра V. Но старые понтифики своих полномочий не признали. Вместо прекращения раскола появилась третья линия претендентов.

После смерти Александра V в 1410 году представители пизанской стороны избрали Бальдассаре Коссу. Он принял имя Иоанн XXIII.

С 1410 по 1415 год значительная часть католического мира действительно признавала его папой. Поэтому популярное слово «лжепапа» способно создать неверное впечатление, будто речь идёт просто о мошеннике, самовольно надевшем папские одежды. Исторически точнее термин антипапа — человек, претендовавший на папский престол в условиях конкурирующих церковных юрисдикций и позднее не включённый Католической церковью в официальный ряд законных понтификов.

Развязка наступила на Констанцском соборе. Его главной задачей было прекращение раскола. В 1415 году Иоанн XXIII был низложен. После окончания борьбы Бальдассаре Косса признал папу Мартина V и позднее получил сан кардинала-епископа. Умер он во Флоренции в 1419 году. Его великолепная гробница до сих пор находится во флорентийском баптистерии.

Особенно важно не путать этого Иоанна XXIII с папой Анджело Джузеппе Ронкалли, занимавшим престол в 1958–1963 годах и вошедшим в историю как папа Иоанн XXIII. Современная католическая нумерация не считает Бальдассаре Коссу законным Иоанном XXIII.

Таким образом, утверждение «Бальтазар был лжепапой» имеет реальную историческую основу, если под Бальтазаром понимается итальянская форма имени Baldassare и речь идёт именно о Бальдассаре Коссе. Но, разумеется, никакого отношения к рождественскому волхву или вавилонскому Валтасару он не имеет.

Бальтазар фон Шлибен: магистр рыцарского ордена

Есть у загадки и настоящий Бальтазар — магистр ордена.

В XV веке жил рыцарь Бальтазар фон Шлибен — Balthasar von Schlieben. Он принадлежал к ордену Святого Иоанна Иерусалимского, то есть к традиции госпитальеров, и возглавлял его Бранденбургский баллей.

Его должность называлась Herrenmeister. В документах встречается и обозначение Ordensmeister — магистр ордена. Бальтазар фон Шлибен занимал этот пост приблизительно с 1426 по 1437 год.

Здесь необходимо ещё одно уточнение. Он не был великим магистром всего международного ордена госпитальеров. Бранденбургский баллей представлял собой региональное подразделение ордена в германских землях, и Herrenmeister был руководителем именно этой структуры.

Источники существование такого Бальтазара подтверждают вполне надёжно. В собрании средневековых документов по истории Бранденбурга сохранились акты, где он прямо назван магистром ордена иоаннитов. Документ от 20 июня 1426 года связан с передачей замка и владения Зонненбург Бальтазару фон Шлибену и ордену. В другом документе, датированном 10 июля 1436 года, он подтверждает получение ста рейнских гульденов от представителей Берлина и Кёльна-на-Шпрее. Зонненбург впоследствии стал важнейшим центром Бранденбургского баллея.

Поэтому версия «Бальтазар был магистром ордена» тоже верна — но лишь применительно к конкретному историческому человеку XV века.

Любопытно, что время его деятельности почти совпадает с эпохой Бальдассаре Коссы. Пока один Бальтазар руководил пизанской папской линией, другой действовал в мире германского рыцарства и орденских владений. Даже хронологическая близость способна дополнительно запутывать современные справочные материалы.

Ещё один орденский Бальтазар — и ещё одна историческая ловушка

На этом орденские совпадения не заканчиваются.

В европейских источниках XVII века появляется Бальтазар Жирон — Balthasar Giron, называвший себя абиссинцем. В 1632 году он привёз в Европу сведения о якобы чрезвычайно древнем эфиопском ордене Святого Антония.

Согласно старым церковным энциклопедическим источникам, его притязания были разоблачены учёным-востоковедом Авраамом Экхелленсисом. История попала в разделы, посвящённые апокрифическим или сомнительным рыцарским орденам.

Это ещё один хороший пример того, почему одного имени недостаточно. Бальтазар фон Шлибен был реальным руководителем Бранденбургского баллея госпитальеров. Бальтазар Жирон принадлежит совсем другой истории XVII века, связанной с сомнительными притязаниями на древний эфиопский орден.

Почему всех этих Бальтазаров постоянно смешивают

У путаницы есть несколько уровней.

1. Языковой. Balthasar, Balthazar, Baltasar, Baltassar, Baldassare и русские формы Бальтазар и Валтасар выглядят по-разному, но исторически могут восходить к близкой традиции передачи древнего имени.
2. Библейский. Одной формой имени в европейской книжности называли вавилонского Валтасара, а позднее похожее имя закрепилось за одним из волхвов.
3. Средневековый. Евангелие оставило множество вопросов о волхвах без ответа, а легендарная литература постепенно дала им имена, царства, внешность, возраст и дальнейшую судьбу. Поздний читатель легко принимает эти подробности за буквальное содержание Нового Завета.
4. Демонологический. Старые словари вроде Dictionnaire infernal не являются просто перечнями демонов. Это огромные энциклопедии, куда включались рассказы о суевериях, исторических лицах, магах, легендах, духах, колдовстве и религиозных преданиях. Сам факт присутствия имени в «Инфернальном словаре» ещё не означает, что его обладатель считался демоном.
5. Массовая культура. Фильмы, сериалы, игры и фэнтези свободно используют старинные имена. Через несколько десятилетий происхождение художественного персонажа забывается, и в интернете уже появляется формула «древний демон Бальтазар».

Наконец, существует обычное совпадение имён. В Европе Balthasar или Baldassare на протяжении многих веков было нормальным мужским именем. Поэтому существование Бальтазара-кардинала, Бальтазара-рыцаря или Бальтазара-учёного не требует никакой связи с волхвом или Валтасаром — не больше, чем каждый современный Иван должен быть связан с Иваном Грозным.

Так кто же такой Бальтазар на самом деле

Если искать один универсальный ответ, то его не существует.

Таким образом, вопрос «Кто такой Бальтазар?» интересен именно потому, что заставляет столкнуться сразу с несколькими слоями истории. Древний Вавилон дал имя и рассказ о гибели царства. Христианское Средневековье превратило безымянного евангельского мудреца в царя Бальтазара. Реальные европейцы позднее носили то же имя, становясь церковными и орденскими деятелями. Демонологическая литература породила похожего Baltazo, а массовая культура окончательно перемешала старые мотивы.

За одним именем здесь скрывается не один таинственный персонаж, проживший невозможную жизнь, а целая история того, как имена путешествуют между языками, религиями, легендами, историческими хрониками и художественным воображением.